Не то чтобы меня это волновало или что-то в этом роде."
"За исключением моего свирепого взгляда на любого, кто хлопает перед ним ресницами. Брэн не замечает их внимания, но он также слишком вежлив, на мой взгляд, и участвует в любом разговоре. Почему он не может просто сказать «отвали», как это принято у меня?
Потому что он весь из себя такой прекрасный принц, вот почему. Мне приходится взять себя в руки, чтобы не быть убийцей и не думать о похищении, когда я вижу, как он обменивается любезностями с другими.
А вот с этой девочкой все по-другому.
Она наклоняется, чтобы шепнуть Брэну что-то на ухо, и он внимательно слушает, прежде чем шепнуть что-то в ответ.
Девочка раздраженно вздыхает.
— Но почему? Ты как сказочный принц.
— Правда?
— Абсолютно.
Ладно, хватит.
— Эй, малышка, — я подтягиваю Брэна к себе и обхватываю его за талию. — Он мой принц. Отвали.
— Николай! — он толкает меня локтем. — Ты ее напугаешь. Прекрати.
— Кыш, — я отмахиваюсь от нее.
— Николай!
— Хм, — она упирает руки в боки. — Когда я вырасту, то выйду за него замуж.
— Мечтай.
Брэн уже пробил дыру в моем боку.
— Нур! — зовет пожилая женщина, которая спешит к нам, запыхавшись. — Что я говорила о твоих побегах…?
Она останавливается перед нами и пристально смотрит на нас, в отличие от всех драгоценных лондонцев Брэна. Он отстраняется, и, хотя и незаметно, мне это не нравится. Но, с другой стороны, многие люди — гомофобные засранцы, хотя здесь я с этим не сталкивался и благодарен за это, но не ради себя, а ради Брэна.
Хотя он, кажется, не возражал, когда поцеловал меня на людях вчера или позавчера.
Я ожидаю, что он отдалится от меня, но он переплетает свои пальцы с моими.
Черт возьми.
Может быть, ему действительно уже все равно. Тот факт, что он держит меня за руку, не испытывая ни капли стыда — а он и не должен испытывать — заставляет меня хотеть поцеловать его.
— Послушай, мамочка.
— Это не его слуга, Нур, — она виновато улыбается. — Мне очень жаль. Она любит убегать.
— Не беспокойтесь, — Брэн улыбается. — Она очаровательная.
— О, спасибо, — женщина хватает дочь за руку и начинает тащить ее прочь.
У ребенка хватает смелости сказать Брэну:
— Дождись меня. Я вернусь за тобой, когда вырасту.
Ее мама снова извиняется, смеется и уводит девочку, пока я не бросил ее в озеро в стиле серийного убийцы.