Может, кто слышал, знает...
– Да на Зеленой прошли уже все вдоль и поперек, – опять не вдохновился Лешуков. – Вряд ли будет труп. Больше похоже на бред...
– Искали живого Балащука, – уже в дверях заметил начальник службы безопасности. – И не опера, а МЧС. Прошли, как бараны..."
"– И пошлите кого-нибудь в клинику! – вдогон уже добавил Ремез. – Как только пациента доставят в приемный покой, пусть сделают смывку и соскобы с конечностей! Он говорил, кровь ему на ноги хлынула. А она штука въедливая...
Оставшись вдвоем, Лешуков и Ремез молчали и лишь изредка переглядывались, соблюдая принятые правила игры – обсуждать все только втроем, дабы не вносить противоречий и расколов.
– Я бы хотел сосредоточить ваше внимание, господа, на текущем моменте. Вы хоть осознаете ту меру ответственности, которая на нас ложится?
– Имеете в виду руководство компанией? – уточнил спецпомощник.
Ремез помрачнел:
– Никто из нас не сможет полноценно внедриться в рынок, и это надо признать.
Абатуров дернул могучими плечами и сложил пухлые губы в трубочку.
– Почему не сможем?.. А это разве не мы вырастили из Глеба президента? Не мы его натаскали, как и за счет чего выстраивать бизнес? Как работать с конкурентами и партнерами? Разве не мы передали ему весь наш богатый оперативный опыт? Кто его научил, как банкротить, работать с таможней, как и чем взымать долги? До нас он был юнец, и мог лишь перепродавать японцам уголь.
– Хорошо, товарищ полковник. – Ремез довольно кивнул. – Берите все в свои руки и работайте. Ведите переговоры, заключайте договора с зарубежными партнерами. Лицо компании – бывший начальник УВД! Нет, мы вас в городскую думу изберем, весь город портретами обклеим. Заставим даже английский выучить!..
– Вы совершенно правы, – одобрил его спецпомощник.
– Не поминайте черта на ночь, – усмехнулся бывший прокурор, тем самым соглашаясь с доводами Лешукова.
Начальник службы безопасности это услышал и, поняв, что остается один против двух, побагровел от внутреннего неудовольствия, однако промолчал.