- Где все твои подружки? Раньше на перепихон даже в обеденный перерыв бегал, постоянно с кем-то переписывался и созванивался. А сейчас что? Твой телефон взломали и стырили все контакты?
Усмехаюсь и ерошу волосы на затылке.
Лебедев, закинув ногу на ногу, крутит в руках зажигалку.
- Что за девочка, Олег?.. Все так серьезно?
- Следишь за мной? - смеюсь тихо.
- А ты что, прячешься? Под окнами офиса ее тискаешь каждый день. Только слепой и глухой о вас не знает.
- Маша в курсе? - спрашиваю, хотя уверен, что нет.
- Нет.
Поднимаюсь с места и, подойдя к кулеру, наливаю себе воды. Выпиваю сразу полстакана и возвращаюсь на место.
- Нормальная девочка. Хорошая, чистая.
- Я понял. Видел ее.
- Не суйся к ней! - изрыгаю на инстинктах.
- Не сунусь.
Смотрит на меня въедливо, сощурив глаза, будто в черепную коробку проникнуть хочет.
Подпитываемый неясной агрессией, легко удерживаю его взгляд. Пусть уяснит, что подъебки здесь его неуместны.
- С Ирой что тогда?
- Закончу то, что она же и начала. Подам на развод.
- Уверен?
- Уверен.
- Точно не пожалеешь?
- Точно, Рус!
На несколько секунд в кабинете повисает звенящая тишина, а затем он неверяще качает головой.
- Ох*еть! Вот это тебя проняло! А как же Любочки и Диночки?
- Нет никого, - улыбаюсь я, - только Санечка. Бабочка легкокрылая.
- Надолго?..
Сука, знает куда бить.
- Не знаю. Пока от других воротит... не было еще со мной такого.
- Чудеса, да и только, - бормочет Лебедь в шоке, - Ире уже сказал?
- Скажу. Сегодня годовщина у ее родителей.
- Зря тянешь.
- У них там гостей под сотню, - отбиваю я, - предлагаешь взять слово и объявить сразу всем?
- Как знаешь.
Глянув на часы, подкатываюсь на кресле к столу и начинаю закрывать вкладки.
- Кого убивал? - указывает подбородком на мои руки.
Бл*дь, всем все знать надо!
Ссадины уже подсохли и начали затягиваться, но до первозданного вида костяшкам еще далеко.
- Смертника одного...
- К Санечке твоей лез?..
Вскидываю на Лебедева взгляд, а тот, выпучив шары и раззявив пасть пялится на меня пару мгновений, а затем, едва не складываясь пополам, начинает ржать.
"- Охренеть! Мать вашу!.. - гогочет на весь кабинет, - это что же делается? Теперь не бабы за Олежика деруться, а он сам... сам в рукопашку пошел!..
Ебать, как смешно.
Мне, к примеру, было не до смеха, когда тот у*бок мою Сашку за шкирку как котенка тряс. До сих пор не понимаю, как остановиться смог. Думал, убью.
И слезы ее тоже зрелище не для слабонервных.