А Катька с собой покончила! Ну так ей и надо!
– Почему вы решили, что Бочкина сама свела счеты с жизнью? – быстро поинтересовалась я.
Маша осторожно отхлебнула кофе.
– А все знают, в смысле, свои. Катерина сильно жадная была, рот на жирный кусок разинула, но проглотить не удалось.
– Объясните, пожалуйста, – попросила я.
Медведева подперла подбородок кулачком."
"– Сплетня получится! Ну ладно. Бочкина тайком закрутила роман с владельцем телехолдинга Дуниным, а Вадим вдруг умер от СПИДа. Вот какая гадость! Катька медсестра, она в курсе, что зараза не лечится! И как ей дальше жить? Жена Вадика Агата про зигзаг мужа налево знала, но терпела, ей не впервой, не хотела его денег лишаться.
– Странный выбор для медработника, – протянула я. – Катя могла принять снотворное, сделать себе смертельную быстродействующую инъекцию. Если она боялась болевых ощущений от СПИДа, то ей не стоило применять средство дезинфекции. И самоубийцы, как правило, оставляют прощальные письма, а у Бочкиной его не нашли.
Маша встала, легкой походкой приблизилась к небольшому столику и показала на ноутбук.
– Она мне все объяснила, вот! Читай. Это пришло в день, когда Бочкина отравилась.
Я прочла текст. «Маша! Скажи Алле, что я извиняюсь! Прошу у нее прощения. Я любила Вадима, а он болел СПИДом, но ничего мне не сказал, презервативом мы не пользовались. Я скоро умру. Нет смысла ждать конца, лучше покончить со всем разом, самой. Прямо сейчас! Так, чтобы стало ясно: я отравилась! День февраля печален и строг, смерть призывает он на порог. Прощай, Маша, отдай мою записку Алле. Катя Бочкина».
– Можешь сделать копию? – попросила я.
– Хорошо, – сразу согласилась Маша.
– Утят? – переспросила я. – Живых?
Медведева засмеялась.
– Ты Интернетом пользуешься?
– Изредка, – ответила я, – часами в Сети не просиживаю.
Маша постучала пальцем по клавиатуре.
– Я играю в викторину. Надо отвечать на вопросы, они сначала были простенькие, ну вот, например: «Сидит девица в темнице, коса на улице».