— Мужа со свету сжила, теперь разгуливает счастливая.
— Она, она, — соглашается Деян. — Не смотрите так на неё, а то оскорбится.
— Аки честь, на задний двор старая ведьма вышла, — комментируют и другие бойцы.
— Спасайте, братцы, за мной она идёт, — стону я. — Мне надо от неё смыться да поскорее.
— Не беда, сейчас Лютик её и поджарит, — усмехнулся Лучеслав.
— Решим, Ярослав, уходи, позже свидимся, — говорит вполне серьёзно Деян и кивает витязям, те разворачиваются и к ней.
— Ваша светлость! — Восклицает Лучеслав.
— Брысь, чернь! — Шипит бабка, быстро распознав подставу. — Ярослав! Мальчик мой, куда ты уходишь⁈
Спешу со всех ног в сторону двора. Стыдно перед туляками, блин! Не то слово.
Там тоже площадь, в основном гвардия всякая собирается, но и господские костюмы мелькают. Пятьдесят метров ускоренного шага и по широкой лестнице взлетаю. Заныриваю под арку и оказываюсь в большом зале. Сразу окунаюсь в атмосферу празднования. Музыка играет, слуги с подносами лавируют меж господ.
Стремлюсь дальше, углубляясь в зал."
"— Господа! — Слышу старческое, но мощное. — Повторяю, через сорок минут открытие, просим всех в Главный зал!
А всем плевать. Как стоял гам, так и стоит. Только некоторые просачиваются дальше. Я с ними и ухожу, чуя, что старую ведьму надолго тульские витязи не задержат.
Следующий зал ещё больше, здесь по стенам беломраморные скульптуры обнажённых женщин и мужчин в натуральную величину. Сорок штук насчитал, и восхитился натуральностью.
Вышел в холл круглый, через который дальше уже Главный зал, судя по всему. И главу Сосково увидел, стоящего в сторонке и болтающего с двумя респектабельными дядьками, которых я не знаю. Крупный граф Головин в камзоле зелёном в серебре выглядит солидно.
— Ярослав! — Ахнул. — А ты какими судьбами тут очутился? Слышал, слышал я о твоём чудесном выздоровлении, хотя все тебя похоронить успели. И не сразу поверили в весть от Огарёвой.
Замечательно.
— Доброго здравия, Нерослав, — поздоровался я сдержанно, игнорируя нелицеприятную тему, и этим поклонился. — Господа.
— Позвольте представить… — продолжил учтиво Головин.
Оба графа покривились, когда услышали мой титул.