Мимо пронёсся, а крыса посмотрела вроде безразлично своими глазами–пуговками, а как миновал, за мной нырнула да погребла ловко! Лапками заработал активнее, отталкиваясь, и по потоку понёсся от неё. Ещё крысы на пути, все за мной прыгают! Некоторые параллельно бегут.
Поток всё сильнее, а за мной толпа особей в двадцать за пять минут собралась. На повороте мотнуло мою бедную лягушку и в водоворот затянуло. Помотало знатно, парочка самых голодных крыс тоже засосало. И вскоре через трубу я вылетел в огромный резервуар, куда с четырёх сторон из труб льётся.
На дне можно едва разобрать человеческие кости. Несколько черепов лежит, а вот рёбер всяких целый лес. Погрёб поскорее, чтоб спрятаться в одной из черепушек. Крысы стали рыскать, падая в резервуар одна за одной, и ныряя ловко на глубину.
— Ну что ты возишься? — Шипит Белка. — Ещё немного, и мне придётся уходить, чтобы рассвет не застал здесь.
— А то ты расплавишься на солнышке, — огрызаюсь.
— Где ты сейчас?
Описал ей место.
— Это главный сток, руна там, — воодушевилась Белка. — Ищи.
— Ты план замка знаешь? — Переспросил, выглядывая лягушкой через глазницу черепа. Ну где эти крысы барахтаются⁈
— Что–то в этом роде, — усмехнулась подружка.
Осмотревшись, приметил щепку, заросшую зелёной слизью. Чуя, что крысы не унимаются и вот–вот полезут в череп, рванул к ней. Удалось сбить слизь лапками и получить контакт с трухлявым деревом.
Первая же выплывшая из–за рёбер крыса выхватила пять пик залпом, как из торпедных аппаратов. Побарахталась беспомощно, распыляя в воде кровь, и пошла ко дну.
Прошил ещё двух крыс, после чего почуял силушку и уверенность. Как не противно, но пришлось штудировать дно в поисках выбоин, которые и могли составлять руну. Но с таким количеством всякого дерьма, я бросил затею буквально через метр.
Пошёл к одному, ничего. Второй оказался в паре метров пониже. И на нем действительно выдолблена руна! Наша догадка оказалась верна: в канавки набилась всякая мелкая дрянь, поэтому она не активна. Вроде не похоже на руну голема. Описал Белке рисунок.