Выполнять! Раз-два!
Как и договаривались, Алексей нашел Евлампия Рафаиловича в отдельной комнате чайной Белянцова. С ним был мужик лет сорока, жилистый, крепкий, заросший обильно поседевшей бородой. Увидев вошедшего, мужик встал и поклонился:
— Трефил Осипович Оденцов.
Сыщик тоже представился и протянул крестьянину руку. Тот, на секунду замешкавшись, пожал ее. Мужчины сели, Лыков заказал чаю для всех и обратился к Оденцову:
— Вот о чем хотел поговорить, Трефил Осипович. В Варнавине ходят всякие разговоры про вашу деревню.
— Глупости и про пень, и про нож. Слыхал про это и я… Нету в Бочкарихе никакого волколака.
— А кто есть?
Оденцов замолчал, настороженно глядя на сыщика.
— Трефил Осипович, а еще говорят, что у вас там люди пропадают.
— Вот это правда.
— Чем вы это объясняете?
— Не знаю.
— Я спрошу тогда без обиняков. Есть в Бочкарихе такие люди, которые укрывают беглых преступников?
Оденцов окончательно смешался и отвел взгляд.
— Скажи ему правду. Очень надо. Господину Лыкову можно верить, он порядочный человек.
— Ить эта… В самой-то Бочкарихе нету.
— А где есть?
— Выселок стоит в трех верстах, прямо в лесу. Выродовский починок.
— Чей-чей?
— Это фамилия у него такая. Подходит она к нему, правильная фамилия. Антип Выродов на общество обиделся, да и отделился. В лес ушел жить.
— Один он там?
— Како один! Жена, сын с невесткой да внук со внучкою.
— Правильная, говорите, у него фамилия?
— Подлинный дудор[46].
— Он, этот Антип Выродов, и содержит притон, так?
Крестьянин вдохнул, словно собирался прыгать в холодную воду, и подтвердил:
— Точно так. Сами кобели, да еще собак завели.
— Что за люди, сколько их, как часто приезжают и уезжают?
Сказав главное, Оденцов словно успокоился и начал теперь рассказывать более подробно.
— Двор у Выродова большой, выстроен «покоем»[47]. Што там делается, ниоткель не видать.
— Давно началось?
— С того году.
— А люди когда начали пропадать?
— Тогда и начали. Сначала Митяй-пастух о прошлом августе. И еще двое проходящих об эту весну.
— Много он их там укрывает?
— Да кто ж их считал? Приходят и уходят они завсегда ночью, обходной дорогой, через лес. Слышно, две брички у них.
— Ага. От шести до восьми человек, значит. Так. Пора ваших непрошеных гостей выкурить.