По коридору прямо ко мне направлялись магистр Салмелдир и демон. Недовольные и какие-то всклокоченные.
— В историю трудно войти, но очень легко вляпаться, адепт Снарк. Запомните это! — в своей привычно-небрежной манере бросил эльф, потом удивленно окинул меня взглядом и, усмехнувшись, добавил: — Вам, несомненно, к лицу моя рубашка.
Так вот в чьей комнате я провела ночь! Какой позор! Щеки мгновенно опалило жаром.
— Простите, магистр, — сконфуженно произнесла, опустив глаза. — Я верну вам ее после магической чистки или заплачу за рубашку.
— Считайте это подарком, Валери, — промурлыкал он.
— За хорошую учебу, — ехидно прокомментировал демон."
"Внутри снова росло негодование, и поднимался жар. Хотелось подойти и зашипеть прямо в красивое и чрезвычайно надменное лицо Сеттара нечто обидное или, на худой конец, обвинительное. Например: «Вы что, за мной следите? Преследуете?» или «Вам-то какое дело? Вы мне не жених!». Выдохнула и сдержалась, прилагая просто нечеловеческие усилия. Хотя, я ведь и есть теперь нелюдь.
Огрызаться не стала. Выяснение отношений все равно нас ни к чему не приведет. Вместо этого кивнула на пол.
— Там только что растаяли льдины.
— На что они были похожи? — тут же оживился демон.
— На ножи с очень тонкими лезвиями или на очень толстые шипы.
Магистры тревожно переглянулись.
— Ледяные драконы, — констатировал Салмелдир.
— Слишком уж быстро распространяются слухи. Особенно, для человеческой академии, — кивнул Сеттар, а потом скомандовал мне: — Быстро переодеваться и идем завтракать. У тебя десять минут, время пошло!
И любезно распахнул передо мной дверь моей же собственной комнаты. Помнится, уходя, я запирала ее на магическое заклинание индивидуального порядка, а для демона оно оказалось не сложнее чиха. Съязвить хотелось даже больше, чем до этого огрызнуться, но я промолчала.
Рядом возник хран. Он показательно выдохнул и закатил свои красные глазки.
— Ну и строгий он у тебя! — доверительно сообщил мне рогатик.
У меня? Он сказал, у меня? Чаша терпения и так была полна, но сейчас содержимое перелилось через край. Я ведь не каменная, душа не выдержала, и в храна полетела только что снятая с ноги туфелька. Жалко, что он успел исчезнуть.