Нашивку и отсюда видно. Кстати, вы как там, с «Иронией», вопросы решили?
Недоумению Шабалина не было предела, и как любой военный в непонятной обстановке, он представился, заодно решив назвать незнакомца по званию и посмотреть, как он на это отреагирует:
— Товарищ полковник, капитан Шабалин, Тихоокеанский флот. Следуем с колонной обеспечения на Пальмиру!
— А дальше на Сухну? — Военный спрыгнул и крепко пожал руку: — Смотрю, просчитал звание! Ну, а про должность — наверняка догадываешься, так что представляться не буду.
— Я же в общевойсковом учился, — растерянно ответил Паша.
Нахрапистости собеседника не было предела.
— Ну, судя по одёжке и понтам, скорее всего мы с тобой одну пехотную школу заканчивали. Тебе еще зимней шапки «домиком» не хватает!
Паша в ответ улыбнулся.
— Слушай, — сказал полковник. — Фамилия мне твоя знакома. У тебя родственники в «Киркинесской» не служили?
— Служили, — ответил Паша. — Отец был «бригадиром» до Федяева.
— А, понятно, — хохотнул полковник, и наконец-то представился: — Шеф!
Паша снова пожал ему руку, и вдруг чуть не вздрогнул, осознав, наконец, с кем имеет дело. Перед ним стоял легендарный Шеф, который будучи офицером спецназа, не только воевал с завидным результатом, но и науку «разведчискую» двигал, на основе лично полученного практического опыта теоретически обосновывал новые способы действий, организацию, тактику применения… был «широко известен в узких кругах», а устав бегать по горам, занялся организацией спецопераций…
— Так я же читал вашу работу о применении снайперских групп, — сказал Шабалин.
— Да не вопрос, обсудить вопросы… — усмехнулся Шеф.
Подошел Влад, поздоровался с Пашей. Подтянулись Миша с Денисом, привлекли к разговору контрактников. В общем, когда через час движение колонн было восстановлено, Барс с Шефом договорились до готовности проверить на практике некоторые теоретические выводы, к которым пришел Шеф, размышляя над тактикой применения снайперов в современных условиях.
Потом как-то незаметно перешли к «Хай-Люксу», на котором место пулеметчика было оборудовано страховочной системой, основу которой составляла парашютная система, подвешенная на резинках — что позволяло пулеметчику спокойно работать при любой тряске и качке во время езды.