— Отец-то знает, что ты сюда поехал? — заботливо спросил он.
Когда Шабалин-старший командовал ротой в бригаде морской пехоты, Седов был у него заместителем, и конечно, был вхож в семью, и хорошо знал сына своего сослуживца и друга.
— Знает, конечно, — кивнул Паша. — Своими советами мне все мозги вынес в последние дни.
— Снайперские роты находятся в моем оперативном подчинении, — сказал Седов. — Поэтому именно я буду предлагать оперативному отделу, какие ставить тебе боевые задачи.
Седов прикрыл дверь на замок, кивнул Федяеву, и тот, видимо зная что и где расположено, быстро открыл шкаф, достал оттуда початую бутылку коньяка и три рюмочки.
— Нам сказали, — вставил Паша. — Что на территории базы пить нельзя под угрозой отправки на родину.
— Вот за это и тост! — усмехнулся Седов, а намахнув, добавил: — Мы, разведчики, если без палева, то можем…
Потом появилось кофе, и полковник быстро начал вводить Шабалина в курс дела, в процессе чего Паша понял, что был бы на его месте сейчас другой человек, ему бы не оказывали столько почестей и внимания.
— Вот здесь, — Седов в одной руке держал кружку с кофе, в другой указку — которой водил по висящей на стене карте Сирии, — находятся основные группировки сухопутных войск садыков, вот здесь иранцы, тут «хезболла», тут «игиловцы», тут еще всякой твари по паре, вот здесь, здесь и здесь — наши оперативные войсковые группировки. Тебе предстоит убыть в расположение ОГ «Пальмира». Там сейчас обстановка тревожная — по данным действующих органов разведки эти твари, которые мирно жить не хотят, снова готовят наступление на город, так как его удержание гарантирует контроль над огромной территорией и выходами на Дэйр-Эз-Зор.
— «Музыканты»? — удивленно спросил Паша.
— Наёмники, — пояснил Седов.