Это была альтернатива чистке картошки для новогоднего пюре. А потом уже через два года у мамы в Париже на Рождество.
Она не отмечает Новый год, потому что не любит вспоминать ничего, связанного с Россией, кроме меня, конечно.
На этот Новый год мы с ребятами сняли большой банный комплекс в лесу. Еда, алкоголь, легкие женщины и охота на русака. Вот такой праздничный набор холостых мужиков.
Резкая вибрация телефона заставляет меня оглянуться.
Закрываю окно и подхожу к столу. Саид… Ну не, друг, пить я больше категорически не готов.
— Алло… — отвечаю на звонок.
— Север, привет!"
"— Даже не начинай, — предупреждаю его уговоры. — Лёха сегодня вообще в медицинской маске с пожарными общался, чтобы перегаром не дышать. А красные глаза на вирус списывал.
— Да погоди ты, — слышу, что он тихо угорает. — У меня тут продавщица твоя сидит. Сопли наматывает на кулаки. Потеряла брюлик, который из магазина поносить взяла…
— Как зовут? — ко мне возвращается жесткое настроение.
Саид передаёт мой вопрос девушке.
— Соня ее зовут, — хмыкает. — Ну и что мне с ней делать? Сам приедешь накажешь? Или она тебе больше не нужна?
— Черт! — Выдыхаю с чувством. — Сделай так, чтобы эта мелкая задница не смела даже выходить из твоего кабинета. Выясни с кем была, что ела и пила! Я сейчас приеду! Эта то самое недоразумение, что в квартиру мою перепутала.
— Ну тогда я просто обязан тоже ее попробовать, — раскатисто ржет на мою тираду друг и скидывает вызов.
Я, психуя, пишу ему смс, чтобы не смел трогать и даже смотреть.
Он в ответ посылает меня на хрен и советует шевелиться быстрее, а то он побогаче меня будет.
Ах ты ж….!
Спускаюсь на парковку, срываю тачку с места и выезжаю на дорогу.
Маленькая врунья! Погулять решила? И не дай Бог ты там не подружкой. Я же закапаю его. Цивилизованность во мне в такие моменты умирает!
Перед глазами мелькают очень четкие картинки Сони в чужих мужских руках.
Я ни в чем себе не откажу. Буду играться и владеть тобой, пока не сломаю. И ничего во мне не дрогнет.
Паркуюсь возле клуба и захожу внутрь через служебный вход. Охрана, видя мое выражение лица, просто расступается, даже не пытаясь заговорить.
Спускаюсь из главного зала на нижний этаж.