Еще раз захожу в профиль к Веронике, какое-то шестое чувство подсказывает мне сделать фотографию экрана — в следующий момент снимки, на которых точно был мой муж, исчезают.
Антон появляется в гостиной в спортивных штанах и черной натянутой на его груди и руках футболке. Волосы мокрые и взъерошенные, несколько прядей спадают на лоб в хаотичном порядке.
Он хмыкает, заметив смотрящую в одну точку меня. Подходит к внутреннему телефону, делает заказ в ресторане, расположенном на первом этаже."
"— У меня на производстве станок рванул, Даш.
— Ты… Т-ты… — вспоминаю едкий запах гари.
— Не пострадал. Чудом на самом деле. Мы как раз собирались в этот цех, когда все случилось. Там большая часть на автоматике, так что повезло не только мне. Никого не зацепило, мы только тушили и отрубали остальную технику, которая рядом была.
Его рассказ прерывает громкий стук в дверь.
— Никуда не уходи, — просит с теплой, немного осуждающей улыбкой, поймав мой рассеянный взгляд.
Возвращается он с тележкой, полностью заставленной разными по размеру тарелками.
— Не ела ведь опять. Ты так скоро просвечивать начнешь, Даш. Плохой пример дочери подаешь, — произносит, качая головой, и набрасывается на какой-то салат с мясом.
Я накалываю на вилку небольшую помидорку, жую скорее машинально и поглядываю на свой телефон. Не выдерживаю, лезу в галерею, нахожу там нужную фотографию и подсовываю ее Антону.
Жду.
— Что это? — он хмурится, разглядывая самого себя.
— Веронику сегодня выложила.
— Покажи мне оригиналы, здесь качество хромает.
— Она удалила… — опускаю взгляд. — И мы с ней встретились сегодня.
Антон дышит глубоко и слишком шумно, кивает мне, и я продолжаю говорить о его бывшей невесте. Пересказываю обстоятельства, при которых произошел наш недавний разговор, и тут же затыкаю себе рот кусочком курицы, делая вид, что мне резко очень захотелось есть.