Дочь предателя (СИ)

Худая, бледная, с темными кругами под глазами, она все равно была самой прекрасной для меня женщиной в этом мире.

— Красивая, — отвечаю ей, притягивая к себе за тонкую талию, такая худенькая, что можно сосчитать каждый позвонок, а руки тонкие с почти прозрачной кожей, где видно ручейки голубых вен, — Я люблю тебя, — прижимаюсь к ее лбу губами и замираю. Сжимаю до боли глаза, вдыхая родной запах, я не смогу без нее жить, нет.

Однако смог, не сразу правда, почти два месяца не приходил в себя, пока однажды утром Дашка не нашла меня спящим на полу с бутылкой виски в руке и почти утонувшим в собственной блевотине.

— Папа, — плакала дочь навзрыд, трогая меня за плечо, пытаясь привести в чувство, — Папа, не уходи, я с кем останусь?! Папа! А Ромка? Он совсем маленький, папа!

Вот тогда во мне что-то перемкнуло, да так, что больше вообще не пил, никогда. Риты не стало через три года после рождения сына. То, чего я так боялся, случилось. Не сразу, но примерно через полтора года пошло стремительное ухудшение.

Пока искали донора, пока операция, затем два месяца стерильной палаты, куда не пускали никого из нас. Я с маленьким сыном на руках общался с женой только по видеосвязи, наблюдая, как угасает Рита. Мне помогали Дашка с бабушкой, которые с Ромки пылинки сдували. Парень получился у нас крепкий, веселый. Больше смеялся, чем плакал. Дашка, вообще не отходила от него, из школы сразу к брату, так, что няни жаловались, что им нечего делать, когда дочь дома.

Сегодня у Дашки выпускной, и он совпал с годовщиной смерти Риты.

Двадцать пятое мая. У нас с дочерью и сыном уже сложилась традиция, каждый праздник мы едем к маме. Ромка помнит свою мать, ему было три года, но дети есть дети, надеюсь, воспоминания о ней останутся в его сердце.

За месяц до конца Риту перевезли домой, она сама хотела, да и я настоял. Были наняты сиделки, нужная аппаратура. Организм не принял пересадку, и Рита хотела побыть с детьми. Последняя неделя выдалась очень тяжелая, жена почти не приходила в сознание.

Я сидел все время у ее постели, вспоминая годы, что прожили вместе. Самые счастливые годы в моей жизни. Не знаю, права ли была Рита тогда, что обманула меня и забеременела. Без этого у нас бы не было замечательного сына, а так, возможно, Рита была бы жива. Есть ли чудеса в жизни или нет, кто знает, может и не беременность тут виновата. С нами произошло чудо, мы любили и были счастливы. Пусть недолго, но настолько ярко и сильно, что я пронесу это чувство через годы.