Долг чести

Викензо прижался грудью к ее спине и у Бьянки перехватило дыхание, а низ живота напрягся, когда она ощутила твердую пульсирующую длину, упирающуюся ей в ягодицы. Уха обожгло горячее дыхание и властное «Не двигайся», прямо перед тем, как он укусил ее за мочку.

Викензо скрестил их, все еще переплетенные вместе, руки у нее на груди, теснее вжимаясь в ее тело своим, и начал целовать ее шею и плечо — жадно и нетерпеливо. Бьянка выгнулась, когда он задел чувствительную точку зубами, и непроизвольно потерлась попкой в упирающийся в нее член, тут же замирая от ужаса.

— К черту душ! — рыкнул мужчина, резко отпуская ее.

Он нажал на кнопку, останавливая воду, и тут же опустился на колени, усаживая ее на скамью и широко разводя ее бедра. Бьянка не успела даже возразить, когда он зарылся лицом между ее ног, облизывая влажные складочки и находя языком то самое место, прикосновение к которому сводило ее с ума, заставляя забыть обо всем.

Девушка вцепилась в его волосы, издавая громкие стоны, когда он принялся сосать маленький комочек нервов, иногда прихватывая его зубами.

Удовольствие надвигалось слишком стремительно и агрессивно, так, что она даже начала дергать его за волосы, пытаясь оторвать от себя, чтобы передохнуть, потому что дыхание сперло в горле, заставляя задыхаться от нехватки воздуха. Все происходило слишком неожиданно и интенсивно, надвигаясь на нее словно товарный поезд. Бьянка закричала, когда оргазм обрушился на нее яркими фейерверками, выгибаясь всем телом и дрожа. Викензо тут же подхватил ее на руки, вынося из ванной и полностью игнорируя стекающую с них воду. Он сел на кровать, устраивая ее верхом на своих бедрах, и девушка прижалась к его груди, подрагивая всем телом, но приходя в себя быстрее, чем в прошлый раз.

Когда она открыла глаза, он все еще тяжело дышал, уткнувшись лицом в ее шею. Бьянка откинулась немного назад и мужчина поднял голову, изучая ее лицо пытливым взглядом, прежде чем наброситься на ее рот, целуя жадно и глубоко.

Бьянка ответила, обнимая его за шею и понимая, что ей так хорошо, что недавнее смущение испарилось без следа. Он заставил ее кончить менее, чем за десять минут, унеся на такую высоту, что в ее теле не осталось ни единой клеточки, которая не расплавилась бы от удовольствия.

Когда Викензо положил ее ладонь на свой член, заставляя сжать его пальцами, она не стала пытаться вырваться.