А кто это принимает, Лева? Крячко?
– Почему Крячко? – удивился Гуров.
– Ну, не знаю, – пожал плечами Переверзин. – Я просто выдал желаемое за действительное. Ему бы это не помешало… Дело в том, что эсциталопрам существенно снижает мужское либидо, а Стас… он… как бы это покорректнее выразиться… Он периодически наведывается к нам в аптеку, закупает оптом презервативы. Со скидкой. Но не в этом дело… Знаешь, Лева, после его визитов мне все время приходится менять сотрудниц. Он с ними развлекается, потом бросает, и они в ярости увольняются.
– Я поговорю с ним, – улыбнулся Гуров.
– Разговорами тут не поможешь, – вздохнул фармацевт, – знаю по личному опыту. Ты лучше бросай это ему в кофе, – легонько похлопал он по нагрудному карману сыщика. – Хотя бы по полтаблетки в день.
– Хорошо, – рассмеялся Лев, но тут же осекся, заметив так и оставшееся серьезным лицо Переверзина.
– Не шучу, Лева.
– Ладно. Спасибо за помощь, Андрей. Рад был тебя видеть.
Они снова обменялись рукопожатием, и Лев покинул аптеку. Уже в машине его губы растянулись в широкой улыбке:
– Значит, в кофе, да? Пониженное либидо… Могу себе это представить!
Когда Гуров наконец приехал в Главк, напарник был уже там и, сидя на краешке рабочего стола баллистика, рассказывал тому какие-то забавные байки из жизни. Шестидесятилетний специалист внимал Станиславу как мальчишка и периодически заливался хохотом, прикрывая рот ладонью.
– Лева! Наконец-то! – Стас повернул голову и заметил вошедшего напарника. – А я уж думал, ты забыл про нас. Нехорошо так поступать. Некрасиво. Я бросаю все свои дела и мчусь на встречу с тобой… А дела эти, кстати, были из приятных, – заговорщически подмигнул он баллистику.
– Это тебе, Стас.