Это значило, что, по его расчетам, они подошли вплотную к дому и нужно его обойти.
Расчет оказался точным. Они прошли еще метров пятьдесят, и справа от них деревья поредели, и за ними чернела стена дома. Теперь они были совсем близко от него – метрах в двадцати.
Гуров еще раз махнул рукой, и группа людей направилась к дому. Вот они вышли из-за деревьев на открытое пространство и подошли к тыльной стене сруба. Окон в ней не было. Лев тронул Крячко за плечо и показал ему направо, при этом нарисовал в воздухе квадрат.
Окно находилось в двух метрах от земли, к тому же Гуров обратил внимание, что нижняя часть его закрыта занавеской. Он посмотрел на сержантов: Лазарев был высокий и плотный, а Муравьев был ниже своего товарища и жилистый, – а потом сделал Крячко и Лазареву знак, что им нужно поднять Муравьева, чтобы тот мог заглянуть в открытую часть окна.
– Там кровать, на ней женщина лежит. Вроде живая – я видел, как она пошевелилась.
– Блондинка или шатенка? – теперь уже Лев прошептал на ухо сержанту.
– Шатенка, – прозвучал еле слышный ответ.
Гуров облегченно вздохнул. Женщина на кровати могла быть только Лидией Маслаковой: это она шатенка. Значит, она жива! В данную минуту это было самое главное. «Сладкая парочка», Елена Полубояринова и Денис Власов, видимо, находились в другой комнате, там, где окно было освещено. И раз там горел свет, значит, сообщники не спали. Надо было выработать план операции по их задержанию.
Как видно, Крячко думал о том же, потому что он наклонился к уху друга и прошептал:
– Может, мне стукнуть хорошенько по машине? Сигнализация сработает, мужик выскочит посмотреть, что случилось, тут мы его и скрутим…
– Конечно, выскочит он тебе! – прошептал в ответ Гуров.