Она раскрывалась перед ним, и это было чертовски крышесносно.
Он водил стальным клинком по ее груди, прочертил дорогу к мягкому девичьему животу, отчего Влада поспешно втянула мышцы, не переставая его ласкать и вести к вершине удовольствия.
– Рот приоткрой.
Она и тут послушалась. Смотрела на него широко открытыми глазами, когда он, освободив себя от узкой горячей женской ладони, подтянул тело вверх.
Секунды остановились.
Она дышала часто, из ее груди вырывались хрипы, а не выдохи.
Завороженная зрелищем мужского достоинства, она не стала сопротивляться, не стала возражать и отталкивать, когда Север, фактически встав коленями рядом с ее лицом, направил член к ее приоткрытым губам.
Влада, протяжно выдохнув, позволила члену скользнуть в теплоту ее рта.
Было странно.
Непривычно.
Будоражаще.
Вот так принимать Севера в себя.
Он не спешил, давая ей возможность привыкнуть. Выждав несколько секунд, двинулся дальше, впуская головку полностью и наблюдая, как алые губы его пары смыкаются на его члене.
– Зубки спрячь…
Спрятала.
– Я все сделаю сам. Лежи и будь послушной девочкой.
Она так и хотела. Неопытная, она представляла, что ей следует делать, опять же спасибо интернету и порнофильмам, но в жизни непонятно еще когда отважилась бы на такую интимную ласку.
Ей однозначно нравился член мужа во рту.
Но даже больше Владе понравился факт нависания Севера над собой. Это было сложно объяснить. Она – маленькая и под ним. Он – большой, сильный, над ней. Она беззащитна и полностью в его власти. Вся. От кончиков волос до кончиков пальцев. Каждый сантиметр кожи, каждая капля крови. Весь трепет, что колыхался, зиждился у нее внутри, все возбуждение, что пылало между ног, усиливаясь от потребности, от жажды заполнения.
При этом не вызывало и мельчайшего сомнения, что никогда ранее Влада не была так защищена и не находилось за такой «каменной стеной», как здесь и сейчас. С этим мужчиной. Он поклялся оберегать ее, и она без сомнения, без сожалений вверяла ему себя.
Прислушиваясь к собственным шокирующим и безумно приятным ощущениям, лежа распластанная на шелковом покрывале, она без утайки наслаждалась происходящим.