Тело альфы покрывали шрамы… Да и на лбу тоже один красовался. Раньше он был прикрыт челкой или, возможно, Влада к нему не присматривалась настолько?
И сразу же в голове вспыхнул вопрос: он же альфа с сильной регенерацией, тогда откуда на его теле шрамы?
Влада себя одернула. Не все ли равно? Ее не должно заботить, что да как было в прошлом Крестовского. Ее должна волновать своя судьба. И все же что-то екнуло внутри. Наверное, чтобы оставить шрамы на теле альфы, надо было постараться.
Его вид напугал Владу. Она смутно осознавала, что, скорее всего, он занимался спортом или бегал по лесу… Но тогда почему он возбужден? И эта его улыбка, не сулящая ей ничего хорошего.
Она интуитивно сильнее сжала узел простыни. Оказаться снова голышкой перед возбужденным голым мужчиной – незавидная перспектива.
– Спасибо, мне помощь не нужна."
"Она старалась говорить спокойно, ничем не выдавая себя. И контроль, постоянный контроль. Хотя чего ей хотелось на самом деле – так это рвануть к двери, каким-то невероятным чудом проскочить мимо альфы – и дальше на свободу.
– Тогда позволь узнать, куда ты собралась?
Бровь альфы насмешливо изогнулась.
– Хотела свежим воздухом подышать.
А что она могла еще сказать?
– У меня в доме прекрасная вентиляционная система. Но я готов выслушать твои предложения по ее улучшению.
Сказал, оттолкнулся от двери и двинулся в сторону Влады.
Рано она порадовалась, что ее не тронули… ох, рано…
– Вижу, ты приоделась, – продолжал альфа в том же духе. – Тебе идет, Владлена.
– Что оказалось под рукой. Мне нравится.
– Не поверишь, но мне тоже. Может, так теперь и будешь постоянно ходить? Снимать очень удобно. Раз – и все.
Влада подобралась. Что затеял Крестовский?
Она снова на него смотрела бегло, не поднимая глаза, и ни в коем случае не встречалась взглядами. Не стоит его злить. Даже она чувствовала исходящие от него волны негатива.
Но почему он злится? Из-за нее?
Из-за того, что она его обворовала? Деньги – не причина, ущемленное самолюбие – да.
– О чем сейчас подумала? – Его голос потерял саркастические нотки и сейчас резал воздух.
И в вопросе был прямой приказ, не подчиниться которому она не могла.
– О своей вине. О том, почему вы продолжаете злиться и какое наказание мне уготовили.
– Хм… Ты меня продолжаешь удивлять, девочка.
Он шел к ней.