Да и будущая жертва элегантного грабежа оказалась вовсе не трепетной и робкой вдовицей, а наглым серым волком с немалыми зубами. Ну не идёт мне образ Красной Шапочки!
Внезапно господин Билл отмер и сказал, даже с некоторой обидой.
— Как так, вдруг сразу и жених у вас, леди Мэри, есть! Почему никто об этом не знает?
Я и рта не успела раскрыть, как вместо меня ответил Максвелл. Он деланно удивился.
— Отца леди Мэри, лорда Кинли (интересно, откуда он это знает? Я точно не говорила!), мы известили, моя матушка и мой дядя, лэрд клана Мак-Гренн, тоже извещены.
Я мысленно зааплодировал Максвеллу. Ловко он отбрил засланца! И в самом деле, формально сейчас никто не имеет на меня никаких прав — ни родители, мои или покойного мужа, ни какие-либо опекуны, поскольку я уже вышла из того возраста. Потому как Биллу ответить было нечего, он, недовольно засопев, вновь уставился в свою тарелку, только теперь обнаружив, что ест он что-то необычное. Поковыряв ложкой в тарелке и не обнаружив-таки никакого подвоха, тем не менее, ехидно спросил.
— А это вы тоже на старых огородах нашли?
— Ну, зачем же? Эту крупу, под названием рис, я купила на рынке в Даблитти и тому имеется уйма свидетелей, в том числе мой управляющий, лэрд Грегор. Можете у него сами спросить.
Спрашивать он не пожелал, зато пожелал немедленно после завтрака осмотреть мое хозяйство. Я равнодушно пожала плечами — желаете — да пжалста! Но все равно именно сразу и не удалось. Пришла супруга охотника, которой я заказывала шубку и шапку для Уилли, она принесла готовые изделия, надо было примерить и оплатить заказ.
Анна оказалась мастерицей отличной — и шубка, и шапка вышли на загляденье, и Уилли в обновках был такой лапочка, ну просто зайчик! Теперь нерадивая мать просто обязана связать ребенку варежки и шарфик. Анна сообщила, что и мой заказ находится в завершающей стадии. Получив оплату, осталась довольна, прибыток неплохой в семейный бюджет получила. Иннис, увидев моего сына в новой шубке и шапке, всплеснула руками и тут же заявила, что хочет для дочери такую же шубку и шапку.
Пришлось оставить дам для приятных обсуждений, снятий мерок и прочих дамских удовольствий. Ибо господин Билл уже бил в нетерпении копытом, подозревая меня во всех смертных грехах. Грегор сохранял невозмутимое выражение лица, Максвелл откровенно потешался.