– Какой клуб, Оль, одиннадцать вечера.
– Точно, рано.
– Какой тебе клуб, мать? Дети дома, полковник.
– Дети у свекрови, сама просила и гундела, что не видит внуков. Вот, пусть за три дня насмотрится, хлебнет радости через край. Полковник сказал, что на важном задании, не звонит, не пишет, в засаде сидит.
Коньяк сделал свое дело, в груди растекалась горячая лава, в голове легкость.
– Так, давай, я все убираю, ты бегом одеваешь секси шмотки, тот топик улетный и юбочку, в которых на восьмое марта была, давай, не стой столбом, Яна Сергеевна.
– Оль, правда, чего-то нет настроения, да и пары завтра.
– У тебя завтра нет пар, я сама эти пары составляю.
– Оль, а у тебя муж полковник Рябинкин?
Яна начала смеяться в голос, представив Ольгиного мужа, серьезного полковника полиции, с фамилией Рябинкин.
– Ну, хоть что-то тебя веселит всегда. Нет, ты знаешь, он не Рябинкин. У него слишком серьезная фамилия, она мне не идет.
Яна ушла наряжаться, думая, а почему и правда не сходить в клуб. Свет клином не сошелся на бывшем муже, много чести лить слезы в пятницу вечером.
– Ян, а ты как сходила-то в фитнес клуб вчера? – Рябинкина кричала с кухни, а Яна замерла на месте.
Ну, как она сходила? Сама не понимает, как, но при одном воспоминании чувствует, что возбуждается. Макс, его звали Макс, это имя выкрикивала женщина за дверью.
– Да, нормально. Пафосное заведение, но красиво очень. Народу почти никого, неудивительно, цена за абонемент заоблачная. Сходила на пробное бесплатное занятие, как на экскурсию.
Но не будет же она рассказывать подруге, какое занятие у нее было после занятий. Как после тренировки искала сауну, а забрела в мужскую душевую. Наткнулась на мужчину, каких она видела только по телевизору на спортивных каналах. Рельеф, фактура, масса, гора мышц, бешеная энергетика самца.
– Ян! Ты чего застыла? Собралась? Волосы так и оставь, словно беспорядок, смотри, как вьются красиво. Пошли, такси приехало.
Яна посмотрела в зеркало, и правда, так, с распущенными, красиво. Подвела глаза, яркая помада, сегодня можно, не на лекциях.