Прошу тебя!
— Конечно! — Жора шагнул вперёд, и его лицо озарилось неподдельной радостью. — Мы с удовольствием примем вашу дочь у себя дома, тем более, что она будущая жена господина.
— А? — бросил на слугу испепеляющий взгляд.
Недавно он мне уже говорил на эту тему и вот снова схватился за неё. Засранец! В другое время я бы поставил его на место, но сейчас было не до того.
— Хорошо, — кивнул, признавая поражение.
— Я тогда пойду увижу девочку свою и объясню ей всё, — Требухов двинулся к двери, его плечи заметно расправились, словно гора свалилась.
— У меня тоже много дел.
— Как тебе она? — остановился Сергей Геннадьевич у самой двери. Произнёс он этой с какой-то отцовской заботой.
— Красива, — ответил правду. — Жора! — повернулся к довольному слуге, как только Требухов скрылся за дверью.
— Господин… Это радость, вы что, не понимаете? — Георгий всплеснул руками, его обычная сдержанность куда-то испарилась. — Продолжение рода. Магинские и Требуховы объединятся. Мы станем самым большим родом в Енисейске.
— Ага, — хмыкнул. — Вот только я планировал всех захватить без того, чтобы жениться.
— Господин, вам нужны наследники, — Жора посмотрел мне в глаза, в его голосе звучала убеждённость старого слуги. — А роды без кровной связи взбунтуются. Это лучшее решение, что придумали много веков назад, ещё до тёмных времён.
— Плевать! — махнул рукой и глянул в окно: солнце уже поднялось над горизонтом. — Ладно, я пошёл. Устрой тут всё и всех.
— Обязательно. Такая радость в роду Магинских, — продолжал причитать Жора, словно прорвало плотину эмоций.
Я выбрался на улицу и потянулся. Короткий отдых вернул к жизни. Территория уже бурлила — мои люди тренировались, приводили всё в порядок. Витас… С ним нужно будет серьёзно поговорить. Но сначала мои гости.
— Где у нас отдыхают близнецы? — спросил я Лейпниша.
— Вон там, — указал он на домик, но его рука едва заметно дрожала. — Павел Александрович, я бы хотел вам кое-что рассказать, — слова почему-то давались ему с трудом.
— Это срочно? — повернулся к Витасу, отмечая, как он нервно теребит рукав формы."
"— Не то чтобы… Просто я… — мужик облизнул пересохшие губы, взгляд метался по сторонам, ни на чём не задерживаясь. — Я обманул вас, меня не освобождали наши войска из плена.
— Уже наслышан, — ответил холодно. — И теперь к тебе возникло много вопросов о твоей верности.
— Я вам верен! Клянусь! — его голос дрогнул.