Нужно будет в город наведаться, разузнать. Да и пора бы познакомиться с местными правоохранительными органами. Лишним точно не будет. Нужно связями обрастать.
— Больше ничего не говорили? — посмотрел на мужиков.
— Ну, что на границе неспокойно, — Петруха дёрнулся, словно ему вдруг стало неуютно. — А когда там было спокойно? — улыбнулся он нервно, показав кривые зубы. — Вечно что-то с монголами не так. Лезут, собаки узкоглазые, к нам на территорию. Грабят, баб насильничают да убивают.
— Император почему-то терпит, — Медведь стиснул огромные кулаки, борода его дёрнулась от злости.
— Тише ты! — Петруха схватил товарища за рукав, и шрам на его щеке побагровел от волнения. — Тебе язык мешает? За такие речи знаешь что бывает?
Мужики замерли, уставившись на меня. В их глазах читался неприкрытый страх. Разговоры о политике здесь явно не поощряются, особенно при господах. Медведь побледнел, осознав, что наговорил лишнего.
Я молча кивнул и направился к ангарам. Пусть думают, что не услышал крамолы. А вот информация любопытная. Значит, на границе неспокойно?.. Мы тут рядышком, если что произойдёт, то первые попадём под удар.
Вот ещё одна причина завести новые знакомства. Ни черта не знаю, что творится вокруг. Нужны свои глаза и уши в городе, информаторы. А то варюсь в собственном соку.
За спиной донеслось тихое бормотание. Петруха отчитывал друга за длинный язык.
«А вот про монголов нужно разузнать подробнее, — отметил для себя. — Если там действительно всё так плохо, придётся думать об укреплении границ. Мало мне местных тварей и интриг…»
Заглянул в ангар. В нос ударила терпкая смесь запахов: раскалённый металл, машинное масло, древесный уголь и что-то едко-кислое, от чего защипало в носу. Воздух плотный, густой — хоть ножом режь.
Огляделся. Ржавые мечи валялись прямо на утоптанной земле, словно хворост под деревом.
Рядом возвышалась внушительная наковальня. Возле неё два молота: один килограммов на тридцать, второй поменьше. Где-то в глубине ангара кто-то кашлянул.