"
"Всё-таки потенциал развития в уровнях был невероятный. Что же станет, если полезных питомцев будет несколько? И в чём может быть другая полезность, кроме сбора? В голове Макса смутно колыхались знания даже о водных и огненных «полезных» питомцах, но таких в безопасной зоне не найти. Пойти в сопровождении кошки глубже в леса — вот моя цель.
Но сейчас думать об этом бессмысленно, я просто не скрою такое количество существ под моим контролем. Нужно разобраться со старостой и разрешением, и уже есть мысли по этому поводу.
Я продолжил исследование леса, двигаясь по тропинкам, протоптанным животными. Сразу определил — здесь явно водилось много разной живности. Следы зайцев — характерные отпечатки задних лап впереди передних, и белок — мелкие коготки на влажной земле.
Все следы были свежими, некоторые оставлены буквально час-два назад, значит, звери не боятся этой части леса, чувствуют себя в безопасности. Крупные опасные звери предпочитают более глухие места, где меньше конкуренции и больше добычи.
Тропинки были хорошо заметными, утоптанными множеством лап.
Мы даже нашли куст звёздного шиповника, а вот загадочный съедобный искровый мох отсутствовал. Может быть, этот реагент тоже растёт в опасной зоне леса?
К середине дня кожаная сумка туго набита различными травами и магическими растениями, а в корзине лежало достаточно земляники. Добычи хватит на какое-то время, а главное — теперь я знаю, где искать многие ресурсы.
Решил устроить небольшой привал на солнечной поляне, где можно было спокойно перекусить собранными ягодами и отдохнуть. Уселся на поваленное дерево, поставив корзину с добычей рядом. Красавчик спрыгнул с плеча и принялся обследовать поляну, принюхиваясь к каждому кусту и камню.
Горсть земляники во рту взорвалась сладостью, сок потёк по подбородку. Чёрт, какая же она здесь вкусная! Каждая ягодка тает на языке, оставляя послевкусие лета.
Внезапно Красавчик замер посреди поляны, словно в него ударила молния. Его белая шёрстка мгновенно встала дыбом, превратив зверька в пушистый шарик с напряжёнными мышцами.
Он принял классическую охотничью стойку — передние лапы чуть согнулись, готовые к мощному толчку, задняя часть тела приподнялась, как пружина перед выстрелом. Хвост, обычно игриво подёргивающийся, застыл неподвижно, лишь кончик слегка дрожал от сдерживаемого возбуждения.