Мол, разрешение короля нужно, а неопытным нельзя. Мол гибнут часто.
Я взглянул на Стёпку — сидит и моргает, делает вид, будто не в курсе, что я уже ходил на охоту. Всё правильно, я же просил сохранить секрет. Он, кстати, даже не знает, поймал ли я кого.
Барут моргнул раз, другой, потом покачал головой:
— Какой указ? Макс, я что-то не понимаю.
— Да вот такой, — настаивал я, — я же всё объяснил. Староста Ефим постоянно на него ссылается.
Лицо Барута исказилось недоумением. Он посмотрел на Стёпу, потом обратно на меня:
— Макс, ты о чём? Какое к чёрту разрешение? Я только из «Драконьего Камня», там этих Звероловов достаточно, там же гильдии! И никто даже не заикался ни о каких ограничениях!
Стёпа подался вперёд:"
"— Как это никто? А староста говорил Максу…
— А что говорил староста? — резко спросил Барут, и в его голосе появилась сталь.
Он встал и прошёлся по комнате, явно взволнованный:
— Да королевство только и мечтает о большем количестве Звероловов! С каждой покупки питомца казна получает налог.
Я так и думал. Даже не зная экономических реалий этого мира, чувствовал нутром — власти должны быть заинтересованы в развитии прибыльного ремесла, а не в его ограничении.
А ведь Виола и Григорий в курсе и подыгрывали Ефиму, вот это уже очень интересно. Но он скорее ввёл их в заблуждение, нежели озвучивал им истинные причины.
Я почти с первого дня догадывался о том, что этот запрет выдумка. Вот только пустословить и вскрывать свои подозрения смысла не было.
Но сейчас передо мной сидел сын влиятельной семьи из совета, который был обязан мне жизнью, и это всё меняло.
— Ты уверен? — спросил, хотя уже знал ответ.
— Абсолютно! — горячо воскликнул Барут. — Да на моих глазах какой-то деревенский парень, который тоже был на обучении в гильдии, спокойно ушёл в лес ловить питомцев! И никто не требовал у него никаких разрешений. А он вообще только обряд в своём городе прошёл!
Стёпа разинул рот:
— То есть староста врал? Макс, вот почему ты говорил, что это план старосты, когда тебя изгоняли?
— Стойте, — глаза Барута сузились.