Я стиснул зубы, но промолчал. Делай уже свой обряд.
— Ну что ж, — громко произнёс Ефим, отстраняясь и обращаясь к толпе, — пора начинать. Ганус!
Алхимик шагнул вперёд, поставил свой мешок на землю и принялся доставать склянки. Его движения были уверенными, привычными — видно, не первый раз занят подобным.
— Зелье пробуждения готовится из семи компонентов, — сказал он мне, демонстрируя первую склянку с мутной жидкостью. — Каждый из них дарован нам силами Раскола."
"Он принялся смешивать содержимое склянок в металлической чаше.
Я внимательно следил за процессом, пытаясь запомнить последовательность. Всё же интересно, как это устроено. В чаше бурлила темно-зелёная субстанция, от которой поднимались тонкие струйки пара.
— Готово, — объявил Ганус, протягивая чашу Ефиму.
Староста принял её двумя руками, словно священную реликвию, и повернулся ко мне:
— Максим, подступи.
Я сделал шаг вперёд.
— Пей, — он резко сунул чашу мне в руку, с пренебрежением, озлобленно.
Взял её в руки. Зелье было тёплым, почти горячим, и пахло болотом с примесью металла. Не самый приятный аромат.
— Ну… Поехали, — прошептал и поднёс чашу к губам.
Жидкость оказалась горькой, с привкусом тухлых яиц и железа. Я заставил себя выпить всё до дна, стараясь не поморщиться. В животе сразу разлилось тепло, но это было всё.
Никаких вспышек, никакой пульсирующей энергии в венах. Моё Потоковое ядро в груди даже не шелохнулось — словно спящий зверь, которого попытались разбудить перышком.
Я сжал челюсти, ощущая лёгкое разочарование. Ожидал хоть какого-то отклика, хоть малейшего резонанса с той силой, что клокотала внутри после эволюции. Но нет — обычный пробуждающий отвар оказался каплей в океане. Мощь, которую я обрёл, переходя на ранг F, была настолько превосходящей, что слабенькая магия травяного настоя просто растворилась без следа.
Потоковое ядро пульсировало размеренно, как второе сердце, игнорируя попытки внешней энергии повлиять на него. Даже обидно стало — столько денег в никуда. Я выпил дорогое зелье, как воду.
Интересно. Получается, стандартный обряд для меня — пустая формальность.
— Всё, — объявил Ефим, забирая пустую чашу. — Обряд завершён.
Секунды тянулись в тишине.