Его личная звезда. Дилогия

Ириде жизненно необходимо было дотронуться до кожи Богдана, почувствовать её теплоту, ощутить стальные мышцы под своей ладонью. Пока его губы то ли ласкали, то ли трепетно терзали её, стремясь испить их сладость до дна, Ирида жаждала получить Богдана. Всего."

"Она даже не удивилась, когда почувствовала, как грудь изнутри сдавило, как кровь быстрее побежала по венам, как внизу живота появилась жаркая тяжесть, а между ног стало влажно. В Ириду точно вплеснули добрую долю афродизиака. Она сама - сама! - вжималась в тело Богдана, стремясь как можно плотнее прижаться к нему, слиться с ним.

Её больше не смущали ни его комплекция, ни его сила. Её безумно, до одури нравилось чувствовать его всего. Ирида не закрывала глаз, поэтому заметила, как легкое удивление промелькнуло на лице Богдана. Промелькнуло, чтобы тотчас смениться голодной страсть. Поцелуй изменился, стал более глубоким, требовательным, жадным.

От комбинезона Богдан её избавил за считанные секунды. Нажал на что-то, потянул - и всё, ткань, снова приняв газообразный вид, упала к ногам.

Бюстгальтер был бесцеремонно стянут и потерян где-то в области талии.

- Уверена?.. Ты уверенна?..

О чем он её спрашивал...

Для чего...

Она была уверена. Она хотела.

Его.

Подхватив обнаженную девушку, Богдан переместился на диван, осторожно положил её на спину. Он смотрел на неё неотрывно, впитывая в себя её восторженное, предвкушающее лицо, светящееся от радости. Он никогда не видел Ириду такой... Раскрытой. Счастливой. Доступной. Возвращаясь домой, он надеялся, что она хотя бы немного обрадуется.

Пробираясь через туман наваждения, горя от лихорадки, терзаемый внутренними демонами, Богдан периодически понимал, что всё это время Ирида находилась рядом, не бросила его, не попыталась избавиться. Её поведение вселяло надежду, что между ними не все потеряно, и что его скотское поведение при получении метки можно будет каким-то образом загладить. Но он абсолютно, совершенно не был готов к тому, что его ожидало.

Он утонул в её нежности. В её пробудившейся чувственности.

Он наслаждался её ласками - где открытыми, где смущенными.

Мужчина и женщина тянулись друг к другу. Изучали. Доверяли.

Они то задыхались от страсти, то делали небольшую передышку. То кидались в объятия друг друга, то отстранялись, чтобы полюбоваться.

Когда Ирида мягко соскользнула с дивана, встала на колени и потянулась к Богдану, у того перед глазами взорвался его личный маленький фейерверк.

- Ирида, это не обязательно...

- Я хочу.