Мы едва не бегом покинули школьный двор, оставив Соррэна развлекать застенчивых детишек. Сердце колотилось в районе ушей, а в голове пульсировала единственная мысль:
Мы должны её найти.
Найти, пока не поздно.
— Успокойся, Лиза, всё будет хорошо. Мой зверь чует её, — герцог резко свернул к особняку мисс Бишоп. — Там.
Но там же Мариэлла и Дэйдра!
Что, если…
Не сговариваясь, мы прибавили шаг и приблизились к воротам. Я уже протянула руку к калитке, но Аррон внезапно дёрнул меня назад, угрожающе рыкнув:
— Стой! Не трожь!
Пальцы замерли в воздухе, а в следующую секунду забор вспыхнул мерцающей сетью искр, готовой спалить любого незваного гостя.
— Раньше такого не было, — недоверчиво прошептала я, глядя во все глаза на пробегающие огоньки, похожие на электрический ток. — Что ты…
Пока я собиралась с мыслями, дракон протянул руку и подушечкой указательного пальца коснулся защитного барьера. Послышался громкий хлопок, и сеть ослепительно вспыхнула, а Аррон с шипением отдёрнул вмиг покрасневший палец:
— Проклятье!
— Не надо, — я замотала головой, но он упрямо попробовал ещё раз — тот же результат.
— Пожалуйста, хватит! — я пыталась достучаться до драконьего разума, но герцог демонстрировал поразительное упрямство. — Ты себя покалечишь! Должен же быть другой способ!
— Должен, — он согласился со мной, но только на словах. А сам отошёл на несколько шагов, и в сапфировых глазах зажёгся знакомый огонёк:
— Лиза, любовь моя, отойди подальше.
Вот блинский! Я едва успела отпрянуть в сторону!
Воздух задрожал, как от летнего зноя. Тело Аррона начало меняться — кости хрустели, кожа темнела, обретая особый лоск. Через мгновение передо мной стоял великолепный чёрный дракон: чешуя ловила на себе солнечные зайчики, крылья раскинулись, закрывая небо надо мной, а в глазах плясали синие языки пламени.
— Убьёшься же! — воскликнула я и бессильно покачала головой.
Этих мужчин ничем не проймёшь!
Упрямый как баран! Даром, что дракон!
Герцог поднялся в воздух, разогнался и со всей дури врезался в мерцающее полотно.
Зверь оглушительно взревел — от боли, от ярости, от отчаяния. Звук прошёл сквозь меня, заставив дрожать каждую косточку, а с ближайших деревьев сорвались листья и закружились в воздухе."
"Несколько минут охранка искрила, но затем медленно погасла. Аррон рухнул на землю, вновь обретая человеческий облик.