Моментально сообразив, что происходит, парень вручил тётке и жене по винтовке и отправил их присматривать за спящей малышкой, а сам, вооружившись, вышел на улицу. Проезжавшие мимо казаки одобрительно улыбались и вежливо здоровались. Из соседнего двора вышел атаман и, проводив станичников долгим, грустным взглядом, вздохнул:
– Стыдно казакам в глаза смотреть.
– А чего вам стыдиться, Сергий Поликарпович? – повернулся к нему Мишка. – Вы своё дело туго знаете. В станице порядок, казаки к вам со всем уважением и суд ваш без лишнего слова принимают.
– Так-то оно всё так, – вздохнул казак, оглаживая бороду, – да только мне ведь самому стыдно. Атаман – это ведь не только по мирному времени командир. Это ещё и в бою старший.
– Ну, для боя казаки себе толкового командира выбрали, – снова попытался успокоить его парень. – А вот споры по чести разобрать – это уметь надо.
– Благодарствуй, Миша, – грустно улыбнулся атаман. – Твои-то все проснулись?
– Сразу, – кивнул парень. – Только Танюшка даже не почесалась, святая душа.
– На то и дитё, – понимающе усмехнулся казак. – Оружие приготовил?
– Сплю с ним, – усмехнулся в ответ Мишка.
– Добро. Сейчас сотня уйдёт, придётся нам с тобой охрану станицы затеять.
– Так я хоть сейчас. Всё своё с собой ношу, – ответил парень, качнув висевшим на плече винчестером.
– Ну, раз так, пойдём до околицы пройдёмся, – помолчав, неожиданно предложил атаман.
– Ждёте чего, Сергий Поликарпович? – насторожился Мишка.
– Пластуны наши пару раз на той стороне реки какие-то странные морды видели.
– Так может, есть смысл на нашем берегу секрет поставить? – тут же предложил Мишка. – Могу я пока посидеть. Только винтовку сменю и бинокль возьму.
– Рано ещё, – подумав, качнул атаман головой.
– Добро. Сделаю, – подобравшись, кивнул Мишка.
– А винтовку зачем менять? – вдруг спросил казак.
– Из этой только на улицах перестреливаться, – пустился в пояснения Мишка, снимая винчестер с плеча. – Перезаряжается быстро, но бьёт недалеко, хоть и точно. А другая у меня, считай, на версту дотянется.
– Это та, которую ты сам делал? – заинтересовался казак.
– Она, – кивнул Мишка. – Самовзвод.