Идеальными для него сейчас были аккуратные коридоры, в которых ничего не валялось, ни обломков мебели, ни мусора – только пыль, ровным слоем покрывающая когда-то блестящие полы.
И этот ровный слой позволял, лишь открыв дверь пожарного выхода, определить, был ли кто-нибудь на этаже в последнее время.
Третий этаж. Здесь бывали, но не вчера, и вообще не в последние дни. Видимо, когда банда, решившая занять это здание, обустраивалась, они, хотя бы для приличия, пытались проверить этажи. Зашли, посмотрели, ушли.
Мусора на третьем этаже было немало. Кто-то что-то тащил, еще во времена Заката, ломал, крушил, жег. Уборщица явно ушла с этого этажа не последней. Мусора было немало, но, кроме мусора, найти бы здесь ничего не удалось, Дрей был в этом уверен. Слишком невысоко. Это на верхних этажах был хоть какой-нибудь шанс чем-нибудь поживиться, но не здесь.
"Четвертый этаж. Почти та же самая картина. Пыль, слегка тронутая несколькими цепочками следов. Несколько недель здесь никого не было точно. Темно, открытые кое-где двери в помещения с окнами дают возможность хоть немного осмотреться. Пусто. Грабить ювелирные магазины прекратили раньше всего. Долгое время особой популярностью, как рассказывают старики, пользовались оружейные лавки.
А вот когда людей осталось действительно мало, так мало, что и оружие оказалось не очень-то и нужным, вот тогда на первое место вышло дерево. Любое дерево. В городе – мебель, стены, перекрытия, любая деревяшка, которая могла гореть и позволить пережить лишний час зимней ночи.
В конце отпала нужда и в дереве. В городе не осталось людей. Город превратился в мурашник. Людей не осталось, зато появились экзо, нано.
Пятый этаж. Без изменений. Сюда заходил кто-то совсем уж ленивый. Или успевший до этого тщательно осмотреть предыдущие этажи. Следы уходили лишь на пару метров в глубину коридора за дверью, а затем поворачивали назад.