Если ты простишь (СИ)

Я понимаю, ты злишься…

С этим я не мог спорить.

Лида смотрела всё так же исподлобья, и с прежним отчаянием. Однако теперь к нему примешивалось ещё и возбуждение. Словно она и страшилась того, что я могу с ней сделать, и желала этого больше всего на свете. Не удивлюсь, если Лида в этот момент даже представляла что-то… не совсем приличное.

Как и я.

— Ты можешь… — прошептала она очень тихо, но с таким чувством, что меня в жар бросило. — Сделать, что захочешь…

Пока Лида говорила всё это, она продолжала дрожать, как и раньше, но я был уверен — не только от страха.

Она была возбуждена, а это всегда опьяняюще действовало на меня.

Наверное, она уже влажная…

— Вадим… Я не прошу ничего взамен. Я вижу, что ты раздражён и тебе нужна помощь. Поэтому предлагаю… просто немного расслабиться…

Коварной соблазнительницы из Лиды не получалось — всё же для этого ей не хватало данных, причём врождённых. Котёнок не может стать змеёй, даже если очень постарается.

Но она старалась! Старалась — ради меня.

Точнее, ради себя и своего комфорта, но всё равно. Я так отвык от того, что Лида старается что-то сделать ради меня, что не смог убрать её руку, когда она взяла меня за член и нежно сжала его.

— Вадим… — Лида почти застонала, облизывая губы. Не порочно — скорее, беспомощно и беззащитно. И очень, ну просто очень возбуждающе. — Пожалуйста… сделай что-нибудь… не стой просто так…

Мужчин часто обзывают животными.

Я думаю, что в этом утверждении есть правда. Нас действительно многое роднит с дикими зверями.

Но всё же существует чёткая граница, определяющая разницу между нами.

— Сними полотенце и встань на колени, — неожиданно приказал я.

Лида повиновалась, не задумываясь.

Да, мужчина может контролировать животное внутри себя.

Мне не стыдно, что, когда я увидел Лиду голой и стоящей передо мной на коленях, животное во мне возбудилось и действительно захотело воспользоваться ситуацией."

"— Убери руки за спину и открой рот, — строго продолжил я, и Лида, отпустив мой член, выполнила приказ.

Но я не животное, я — человек. И мне пришлось усмирить внутреннего зверя, как я делал это в течение всей своей половозрелой жизни.

Лида смотрела на меня широко раскрытыми глазами, в которых яркой вспышкой мелькнуло нечто, слишком для меня болезненное. Надежда?

— Закрой глаза.

Закрыла.

Я бесшумно взял лейку душа и, направив её на Лиду, резко включил холодную воду на полную мощность.

Визг был оглушительный.