Ну, теперь то, ты меня отпустишь? Я ведь даже не та, кого ты хотел видеть в качестве своей супруги, — герцог, в эту секунду задумавшись, поднял глаза на Тасю.
— У тебя кто-то остался… там? — его голос, выдавал волнение, Даниель не хотел, услышать, что Тася там кого-то любит."
"— Нет, — Тася не собиралась говорить о своем муже Даниелю. Да и как-то странно прозвучали бы ее слова, о том, что и в том мире она в разводе. Тася даже усмехнулась, комичности ситуации. Но Даниель, казалось, не заметил ее усмешки.
— Тесс, ты понимаешь, что пока не пойман виновный, тебе, Алексису, даже Ирис, грозит опасность! В моих силах вас защитить, но если ты уедешь, то можешь пострадать! Ты понимаешь? — Тася кивнула, соглашаясь с разумными доводами супруга.
— Не понимаю, почему граф сразу не избавился от Алексиса? Ведь он единственный в курсе произошедшего, — Тася сейчас сильно переживала за лекаря.
— Если Алексис лекарь графа, то он приносил ему клятву о неразглашении. Поэтому граф не считает его опасным, — герцог снова встал и прошелся по кабинету.
— Но ведь именно он мне все рассказал. Как работает клятва? Алексису теперь что-то угрожает? — Тася взволновано следила за герцогом.
— Клятва о неразглашении, просто не дает сказать ни кому, ни чего лишнего о человеке, которому служит лекарь. Он просто не сможет. А вот как он рассказал это тебе… Хотя, ты же находишься в теле дочери графа, а значит член семьи, а на семью клятва не распространяется, — Даниель был задумчив, словно пытался разложить все мысли по полкам.
— То есть граф и не подозревает, что я в курсе, как попала в это тело? Но тогда я представляю для него еще большую угрозу. Если бы я рассказала о том, что заняла чужое тело, и эта информация дошла бы до определенного круга людей, то появились бы вопросы к графу, — Тася вопросительно посмотрела на герцога.
— Видимо граф решил, что ты слишком напугана и никому, ничего не расскажешь.
— Нет, об этом знает только Алексис… ну и ты теперь, — герцог удовлетворенно кивнул. Его удовлетворил ответ Тесс, чем меньше человек знают о ее воскрешении, тем лучше.
— Значит, так, завтра я еду в столицу, к господину Ирмену, он должен принять меры и поймать убийцу.