— Я сначала думал, что просто поговорю с вашим мужем, чтобы он так больше не делал, но смотрю на эту мразь и думаю: может быть, мне вам с детьми отдельную квартиру снять?
Я хотела ответить сразу, но слова застряли в горле, дыхание перехватило. То, как двигался этот человек… я такое только в боевиках видела! Он что, какой-то спецагент? Натренированный суперсолдат?
В любом случае, отдельная квартира — это хорошо.
Чуть помедлив, я просто кивнула.
— Отлично, — сразу посветлел лицом Руслан. — Тогда собирайтесь.
«Тогда собирайтесь», — мысленно повторила я.
Однако Руслан расценил мою заминку по-своему, как и взгляд, которым я смотрела на сыпавшего оскорблениями и угрозами Василия, по-прежнему лежавшего на полу.
— Людмила, я понимаю, что не должен вмешиваться в дела вашей семьи. Я не полиция и к социальным службам отношения не имею. Но мне, как заказчику в нашем с вами договоре, будет спокойнее, если вы сейчас поедете со мной.
«Ага, нашел дуру, к такому возвращаться», — усмехнулась я про себя.
А вот Василия, похоже, и такой вариант не устраивал:
— Пусть только попробует уехать. Слышь, Люся! Патлы-то тебе… — он не успел договорить — Руслан наклонился, легко оторвал от пола грузное тело борова, чуть приподнял и швырнул к стене.
Голова мужчины впечаталась в нее, оставляя вмятину, а сам он сдавленно застонал.
Я в немом крике прижала руку ко рту. То ли стены в этом бараке такие хреновые, то ли совсем хреново сейчас моему «благоверному».
— Не убивайте его… — умоляющим голосом прошептала я. Не дай Боже дети услышат. Становиться свидетелем преступления — это последнее, что мне сейчас было нужно.
Руслан на это лишь недобро ухмыльнулся и прошептал, словно про себя, но так, что я тоже слышала каждое слово:
— Всегда поражался, почему женщины любят моральных уродов.
Он подошел к Василию. Все его жесты, движения были мягкими, пружинистыми, какими-то звериными. Он приподнял за волосы безвольную голову:
— Слышь, ты, — выплюнул Галавиц, — твоя жена сейчас уезжает со мной. Это ради безопасности моего ребенка, которого она носит.