И ему придется выучить несколько нейтральных защитных и атакующих заклинаний. Все выученные им темномагические заклинания подойдут практически в любой ситуации, вот только при одном немаловажном условии: ситуация должна быть без лишних глаз.
И кстати об этом, зрители, конечно, могли поверить, что он трансфигурировал себя в морскую змею, но вот Дамблдора таким не проведешь.
Нет, он больше не может рисковать, используя темную магию на Турнире.
Гарри смиренно вздохнул. Он видел темно-нейтральные книги по защите в каталоге Креспоса, вот только он совсем не обратил на них внимания.
Как только мадам Помфри убедилась в целости Гарри, в Больничное крыло вошел Альбус Дамблдор и сразу посмотрел прямо на него. Поттер замер, чувствуя, как смешивается в нем страх и ненависть, но он быстро взял этот взрывоопасный коктейль под контроль.
- Мистер Поттер, я надеюсь, что смогу немного с вами побеседовать, - с мягкой улыбкой и как обычно мерцающими глазами спросил старик.
Гарри сделал самые свои невинные глазки и подошел к директору:
- Конечно, сэр.
Дамблдор улыбнулся и размашистым шагом направился из госпиталя к большой лестнице."
"Поттер даже не спрашивал, куда они, собственно, направляются, потому что точно знал ответ. В кабинет директора.
Поэтому он совсем не удивился, когда они поднялись на седьмой этаж и, пройдя прямо по коридору, подошли к статуе горгульи, охраняющей вход в кабинет Дамблдора.
- Сахарная мышь, - произнес директор, и статуя резво отпрыгнула в сторону. Они ступили на крутящуюся лестницу, и уже через несколько секунд Гарри обнаружил себя в мягком кресле с лимонными дольками под носом, от которых он вежливо отказался.
- Итак, Гарри, - начал Дамблдор, оперевшись руками о стол. - Можешь мне точно рассказать, что ты сегодня сделал в озере? Предводительница русалок поведала мне нечто удивительное.
- Хм… что именно?
- Это поистине интересные вещи.
После того, как ты освободил мисс Уизли, ты превратился обратно и уплыл.