- Так… - нерешительно начал Гарри, - ты подпитываешься моей магией, и это делает тебя сильнее? Поэтому у тебя появилась форма, и ты можешь со мной разговаривать?
«Да…
Но лишь потому, что… ты этого пожелал. Лишь потому… что позволил.
Эта магия твоя… Гарри. Я не могу прикасаться к ней... без тебя.
Без твоего разрешения».
Гарри кивнул и задумчиво посмотрел вниз. Он точно не давал разрешения, потому что не знал, что такое вообще возможно. Но он очень хотел, чтобы его друг был не просто бесформенным туманным облаком.
А еще ему очень нравилось, когда его темный компаньон начал общаться с ним посредством образов и чувств, но иногда очень хотелось и поговорить с ним.
И сейчас он разговаривает с Гарри с помощью слов.
Он.
Поттер понял, что все это время действительно думал о темном сгустке как о мужчине. Тогда, когда он практически заворачивался в своего темного друга, это ощущалось как нечто чрезвычайно… интимное, и то, что сейчас тот темный сгусток стал почти человеком, немного пугало Гарри, он боялся, что теперь в его ощущениях будет преобладать неловкость.
Словно прочитав его мысли, фигура сделала шаг назад и выпустила ладонь Гарри, которую тот по-прежнему держал на плече своего друга. А потом развела руки в стороны, будто предлагая себя.
Дыхание Поттера сбилось, и он почувствовал подступающее смущение. Сделать это сейчас, когда он точно знал, что его новый друг это нечто инородное и точно не часть его собственной души, оказалось неимоверно сложно.
Гарри глубоко вздохнул, набираясь смелости. Он хочет этого и не позволит глупым сомнениям остановить его. У его друга появилась форма лишь потому, что Гарри так сильно этого пожелал.
Он сделал шаг вперед и медленно обнял фигуру за талию, чувствуя, как в ответ чужие руки обвивают его плечи. Гарри притянули ближе, так, что они соприкоснулись, и юноша едва сдержал удивленный вскрик от ощущения, как плавится его тело в этих великолепных объятиях.
Протяжный стон удовольствия сорвался с губ Поттера, и он покрепче сжал талию своего компаньона.
Он никогда раньше никого не обнимал. Серьезно. Когда его обнимала Гермиона, Гарри просто стоял, с все нарастающим нетерпением ожидая, когда же его, наконец, отпустят. И Поттер немного волновался, не зная, правильно ли он все делает. Но сейчас, ощущая, как его сжимают в ответном объятии, он понимал: все так, как и должно быть.