Раздвоенный язык слизнул алую влагу еще до того, как она впиталась в доски стола. И змея с новыми силами набросилась на соперника.
Через минуту все было кончено. Один из аспидов без сил свалился на пол.
– Дура, – произнесла ведьма, цокая языком. – Что бы ты не загадала, я не ручаюсь за правдивость результата.
Она схватила оставшуюся змею и ловко сунула обратно в мешок.
– Я… я всего лишь спросила, будем мы с сыном счастливы или нет, – пробормотала Нериль.
Она не стала озвучивать, что когда увидела змей, в ее голове пронеслась шальная мысль: один из аспидов – Ник, а второй – Арген.
Но Ваэрха права. Она зря вмешалась. Теперь нельзя быть уверенной в правдивости результата.
– Что бы ты не загадала, девочка, держись подальше от даргов. Они разобьют твое сердце.
– Почему вы все время зовете меня девочкой? – нахмурилась Нериль.
– Что мне до того, как ты выглядишь? Я вижу твой истинный возраст, и он даже вполовину не такой большой, как у меня.
Прихватив мешок и дохлую змею, ведьма направилась к печке, и уже оттуда сухо бросила:
– Ложись спать. Разбужу на рассвете.
* * *Ночную тишину нарушали только стрекот сверчков да мерное дыхание Рея. Нериль лежала рядом с сыном, таращилась в темноту и пыталась осмыслить все, что узнала.
Неужели у них с Аргеном должен быть еще один сын, который не появился, потому что она сбежала?
Неужели Арген ищет ее не только для того, чтобы предать суду и забрать Рейни?
Неужели он и правда что-то чувствует к ней?..
У Нериль не было ответов на эти вопросы.
Хочет ли она вернуться к бывшему мужу?
Она не могла сказать. Ведь у него есть шиами, а она, Нериль, не готова стать тенью любимой жены.
Но если придется с ним встретиться…
Что ж, она с честью примет все, что выпадет на ее долю, но ни секунды не пожалеет о побеге.
А как же Ник? Как назвать то, что она испытывает к нему?
Нериль прикоснулась к губам. Они до сих пор горели от его поцелуя. Близость этого дарга волновала ее, будила забытые чувства.
Ваэрха сказала, он намного старше ее.