Но в то же время ее нутро наполнил волнительный жар. Тело, не знавшее ласк целых шесть лет, натянулось струной.
– Разве не ясно? Я хочу быть с тобой, и больше не намерен ждать ни секунды. За эти сутки я чего только не передумал! Если мне суждено умереть, я хочу умереть с мыслью, что сделал тебя своей.
Это были странные и пугающие слова.
Где-то на задворках сознания у Нериль мелькнула мысль, что нужно оттолкнуть его, нужно сопротивляться. Но в соседней комнате спал Рей, который мог проснуться от шума борьбы. А она так устала от одиночества, так нуждалась в сильном мужчине…
Какая разница, случится это сейчас или потом? Она влюблена в бескрылого дарга, влюблена как последняя дурочка.
Память-предательница тут же нарисовала образ Аргена. Бывший муж смотрел с осуждением и тоской.
«Хватит страдать по мужчине, который сам от меня отказался! – мелькнула мстительная мысль. – Хватит жить прошлым!»
Когда Ник повалил ее на кровать, Нериль закрыла глаза, сдаваясь душой и телом, и еле слышно шепнула:
– Пожалуйста, будь со мной нежным…
Он застыл на секунду, возвышаясь над ней и удерживая свой вес на руках.
Нериль выгнулась. Застонала в ответ тихо и жалобно.
Возможно, сейчас она совершает большую ошибку…
Возможно…
Но ей надоело быть правильной и… одинокой.
Может, встреча с Ником и есть тот Случай, способный изменить ее судьбу? Но лучше не думать об этом сейчас."
"Нериль отмела все мысли о будущем, о том, что ждет ее завтра, о возможных муках совести и раскаянии.
Губы мужчины обжигали и клеймили ее, влажный горячий язык выписывал удивительные узоры, даря наслаждение, от которого кожа покрывалась мурашками, а тело горело, словно в огне. Руки дарга будили забытые чувства и ощущения. Губы шептали что-то неразборчивое, перемежая слова с поцелуями.
Откинув стыд и все страхи, Нериль обхватила его за шею руками, притянула к себе и прижалась губами к губам.
– Нери… – донесся бесплотный шепот. – Ты уверена?
Но она уже сама подалась навстречу, сама обхватила ногами. В ту секунду она хотела его до безумия и не видела ни единой причины, по которой должна себе отказать.
В тот момент, когда они стали одним целым, она наконец-то смогла себя отпустить. И образ Аргена, столько лет бережно хранимый в душе, растаял с печальной улыбкой.
* * *Она лежала у него на плече и машинально рисовала узоры пальчиком на его груди.