Всё-таки она соврала часовому насчёт трусиков, она их носила. Улей не то место, где можно безнаказанно проветривать половые органы. Могут и откусить или того хуже. Вика осторожно отодвинула странную задвижку. Странность её была в том, что с внешней стороны двери напротив неё Вика обнаружила лист металла, который также легко отъехал в сторону при случайном нажатии. Получалось если сдвинуть его снаружи, то появлялся доступ к внутренней задвижке. Таким образом её можно было также открыть и снаружи. Всё это хозяйство было тщательно смазано и совершенно не издавало звуков.
Здесь уже было светлее. Вика разглядела кафельный пол, две кабинки с дверьми некогда белыми, но сейчас расписанный непотребными надписями и всяческими наскальными изображениями. Самое пристойное из них был, пожалуй, тщательно и с любовью выписанный мужской половой орган. Вику окатил холодный пот! Она одна не пила компот, предложенный в конце трапезы. Она тогда ещё подумала, почему так все резко захотели спать после него, но сочла за глюки.
— Кто это у нас? — рядом с умывальником стоял Сифон в одних штанах и похотливо разглядывал Вику. — Свежий персик, красивое личико, тугая попка, сиськи торчком! Давно у нас не было таких румяных дамочек. Недавно с воли? Скучаешь? Ну ничего, тебе с нами понравится.
— Я сама по себе и Лесника знаю всего два дня, — зачем-то сказала Вика.
— Тем более, крошка. Чего тебе терять? Сейчас я познакомлюсь с тобой поближе, а потом ты приласкаешь моих друзей. И будет у нас с тобой мир, дружба и жвачка! — Сифон подмигнув ей начал снимать штаны, его огромное веснушчатое пузо свисало над ремнём и безобразно колыхалось. Вика почувствовала подступивший приступ рвоты.