– Чтобы потом кто-нибудь вошёл в мою квартиру и увидел Фантика, жующего мои трусы, а меня саму обнаружил голой и мокрой на кафеле? – усмехнулась София. – Ну, уж нет. Я, пожалуй, воспользуюсь своими хреновыми актерскими способностями и просто изображу кашель.
– Как хочешь, – повел я плечами и стал накручивать полотенце на бедра.
София довольно быстро, как и появилась, исчезла вместе с псами. Я остался в ванной один. Поверх гипса потер сломанную ногу, которая ныла монотонной болью. Вряд ли поверх одного перелома я сделал себе второй, но то, что потревожил покой ноги, которая уже привыкла быть без движения, – факт.
Для того, чтобы встать, пришлось значительно напрячься. Хватаясь за все поверхности, до которых мог дотянуться из определенного положения, смог встать. Оперся на костыли, но здоровая нога дрожала.
Чёрт! Да я боюсь!
Первое же падение за четыре дня привело меня к тому, что теперь я вообще боюсь двигаться на единственной целой конечности.
Несмело выкинул вперед костыли. В этот раз далеко их отставлять не стал.
Шаг за шагом вернулся в свою комнату. Неспешно сел на постель и только убедившись в том, что больше никуда не упаду, отвалился назад на подушки и прикрыл глаза.
Меня трясло так же, как несколько минут назад Софию. Испугался я ничуть не меньше, чем она, но осознание этого факта запоздало догнало меня.
"Не знаю, сколько я так пролежал, но в какой-то момент стало понятно, что бусины браслета, руку с которым и приложил ко лбу, опечатались на коже. А затем пришло понимание того, что София еще вернется, чтобы отдать мне пса с прогулки, а я до сих пор без трусов.
Снова ковыляние на костылях до комода, чтобы неуклюже достать из него трусы и швырнуть на постель.
Пришлось добраться до косметического столика жены и взять с него свой дезодорант, швырнуть его на постель и, задумавшись, прихватить еще и футболку из шкафа, которая тоже полетела на постель. Еще немного и на моем одеяле будет собрана вся квартира.