При свидетелях это уже походит на диагноз.
– Обидно, вообще-то, – ответила девушка насмешливо. – Я к тебе опаздываю изо всех сил, а ты так просто бросаешь в лицо, что я тебе надоела. Я ведь могу и вовремя начать приходить.
Рядом послышались приближающиеся шаги. Наступила пауза, во время которой несносная ассистентка решила немного помолчать, видимо, для того, чтобы перевести дыхание и начать свой, как я люблю его называть, приступ внезапной философии на ровном месте и из ничего.
В общем-то, часто именно это бывает мне и нужно.
На колени легли ладони, что и заставило меня открыть лицо и приглядеться к девушке, дабы узнать, что она задумала.
Тася неспешно присела на корточки рядом со мной и заглянула в глаза снизу вверх с неподдельным участием.
– Сонь, что у тебя случилось? Опять гоблин приходил? Давай я ему уже сделаю фееричную кастрацию? И себе сделаю приятное, и людям. Нельзя позволить, чтобы такое гуано имело хоть один малюсенький шанс на размножение.
– Он тоже приходил, но не нужно ему ничего делать, – отвела взгляд от ее глаз, от которых ничего не спрячешь, и начала молча перебирать браслеты на запястьях, чтобы отвлечь себя от тяжелых мыслей.
– Тоже? – донеслось снизу возмущенное. – Кто-то еще приходил трепать тебе нервы? Нам нужно больше секаторов?
– Приходил. Но нервы, скорее всего, потрепала я.
– Ты? Блин! Знала бы, что здесь может произойти нечто подобное, то пришла бы пораньше.
– Тась, не смешно, – буркнула ей. Браслет, который сплел для меня Сема, шуршал перламутровыми бусинами и отвлекал внимание.
– Мне уже нравится. Продолжай, – одобрительно хмыкнула Тася. Подняла на нее строгий взгляд, но ни один мускул на ее красивом лице не дрогнул. Она всё так же смотрела мне прямо в глаза и нетерпеливо подтолкнула. – Ну! Есть один мужчина. Дальше.
– Иногда я тебя просто ненавижу, – покачала головой и вновь уставилась на браслеты на своих запястьях.
– Чаще всего ненависть гораздо более искренне чувство, чем любовь, – ответила она тут же, не задумываясь.
– Да, есть один мужчина. Мы живем с ним на одной улице. У него есть дочь и такой же щенок, как у меня и…
– И? – Тася перестала сидеть на корточках и просто уселась на пол. Сложив свои руки мне на колени, оперлась о них острым подбородком. – Рассказывай. Вижу же, что хочешь рассказать. И ты знаешь, что из меня никто не вытянет всё то, что ты мне говоришь. Так что давай, выговаривайся, Сонь.