Родители живут в частном доме на выезде из города. Как только отец вышел на пенсию, продали квартиру и перебрались сюда. Папа об этом заговорил, как только я забеременела. Что мол малышу нужен будет свежий воздух. В доме у меня и у Кирюши были свои комнаты. Последний год мы приезжали к родителям на четыре-пять дней. Может с этого момента Олег и почувствовал свободу? Решил, что может гулять и его никто не словит? Никак иначе я не могу объяснить то, что он даже не потрудился снять гостиницу. А привел в наш дом... В нашу кровать.
Телефон на кровати снова вибрирует. Я не оборачиваюсь. Иду вперед. Знаю, что это сообщение от Олега. Он писал мне всю ночь. Сначала это были одни угрозы. Что он заберет сына. Сотрет меня в порошок. Что я еще пожалею. После было то, что он найдет и лучше. И что если я такая гордая, то могу валить на все четыре стороны.
Подхожу к зеркалу. Оно здесь большое. Во весь рост. Несколько секунд думаю, а после избавляюсь от домашних штанов и свитера. Не отворачиваюсь и не закрываю глаза. Впервые за последние месяцы смотрю на свое отражение в зеркале. В этот момент я четко осознаю, что не прощу. Никогда и ни за что ему этого не забуду. А вот свой комплекс я исправлю.
* * *Выходить из комнаты не хочется, но нужно. Мама меня пожалела и взяла заботу о Кирюшке на себя. Вчера я вообще из комнаты не выходила. А сегодня решила, что нужно. Сидеть и жалеть себя стало уже тошно. Да и желудок начал ужасно бурчать. Хоть вчера я и приняла решение, что больше и крошки в рот не возьму, сегодня я уже не была столь категоричной.
— И что она теперь делать думает? — Вышла из комнаты и тут же голос тети Аллы услышала.
"Тетя Алла — сестра матери. Жуткая сплетница. Я всегда избегала общения с ней. Вот уже лет пять жила без мужа. Застукала его на продавщице круглосуточного магазина. Чуть обоих не убила. Только чудом спаслись. Иначе бы тетя Алла еще и загремела в тюрьму.
— Что... что, жить будет дальше! Без козла как говорится и жизнь лучше. — Мама тут же произнесла на повышенных тонах. Давая понять, что защищать меня будет до конца.
Тяжелый вздох.