Мне становится ужасно не по себе. Чувствую на себе взгляды. Подняв взгляд поверх плеча начальника, замечаю Нинку. Подруга показывает мне два больших пальца. Радуется. Вот только чему она радуется?!
— Вы всегда так неудачно шутите? — Снова вырывается из меня.
— В последнее время только с вами не сдерживаюсь.
От его слов мои глаза становятся больше. Это что он сейчас имел в виду? Сердце странно начинает колотиться в груди. Нога уходит в сторону при новом шаге. И Дмитрий не дает мне упасть. Прижимает сильнее к себе.
Глава 15
Когда открываю глаза, то первое, что вижу, это белый потолок. Хмурюсь. Голова еще не запустилась, поэтому соображать ужасно сложно. Первое, что приходит в голову, это не моя комната. Из-за заторможенной реакции ужас всего происходящего накрывает меня не сразу. И да, я поняла, что не дома по потолку. И нет, у меня дома он не цветной и потрескавшийся. Просто у меня окна в комнате расположены так, что столько солнечного света просто не просачивается в комнату.
Вот когда паника доходит до мозга, я распахиваю от ужаса глаза и резко сажусь на подушку. Тут же жмурюсь от боли в висках. Господи, как будто кто-то чугунной сковородой по голове ударил.
Силой заставляю себя снова открыть глаза. Медленно обвожу взглядом совершенно чужую для меня комнату. Где я, мать вашу, нахожусь?! Здесь даже нет места для надежды, что я у Нинки.
Сердце начинает колотиться как ненормальное, когда я шаги слышу чужие где-то неподалеку. Даже хочется с кровати быстро выбраться и в шкаф спрятаться. Но тут обнаруживается еще одна проблемка. Я голая. Я совершенно голая! Даже без трусиков!
— Проснулась уже? — Пока я рассматривала себя под одеялом, шаги стали ближе, а после этот голос... До ужаса знакомый.
Накрываю лицо одеялом и с тихим стоном сползаю обратно на кровать. Заваливаюсь на спину. Убирать одеяло с лица совершенно не хочется. Так хоть какой-то шанс существует на то, что это все просто какой-то ужасный кошмар. Страшный сон. Я просто сплю дома и мне снится кошмар.
— Круассаны ешь? Я доставку заказал, — но как бы я ни щурилась, голос Дмитрия Сергеевича никуда не пропадал.