* * *Столица традиционно стояла в пробках. Илью это не слишком беспокоило. Всегда есть чем заняться, если нотная папка под рукой. Но сегодня ноты остались непотревоженными.
Илья смотрел в лобовое стекло, но перед глазами была не дорога и не машины. А тот новогодний поход на ледовое шоу, мальчик Ваня с затейливо выбритыми висками и девочка с синим в белый горох бантом.
По какому капризу памяти он не забыл об этом эпизоде? Но помнилось четко, будто было вчера. Ему шесть, канун Нового года, детская елка, ледовый спектакль «Щелкунчик», очередь за сладкой ватой и мальчишка, который пристроился рядом.
Песня окончилась, и в машине снова зазвучал голос цвета капучино. Илья не вслушивался в слова, он слушал голос. Теплый, терпкий, пряный.
Какой ты стала, девочка с глазами-звездочками и синим бантом в горох? Может быть, ты выросла толстой и непривлекательной? Такое случается даже с самыми красивыми девочками.
А голос цвета капучино утверждал обратное. Он дразнил, искушал, шептал: «А ты проверь».
Сзади посигналили. Оказывается, можно ехать. Целых пять метров. Проехал.
Да Илья даже номер телефона студии не запомнил!
– А я напоминаю номер, по которому можно позвонить и поделиться историями о своем детстве…
Ах вот как? Он протянул руку и взял лежащий поверх нотной папки телефон. Цифры номера… гудки… и голос цвета капучино:
– Представьтесь, пожалуйста.
– Илья.
– Добрый вечер, Илья.
* * *Кондиционер сломался, и в студии было душно. До конца эфира оставалось полтора часа. Женечка напротив пил воду из пластиковой бутылки. Рекламная пауза дает несколько минут передыха. Таня очень любила работать в паре с Женечкой. И вовсе не потому, что он в основном молчал, и часто приходилось говорить за двоих. Вообще, это большая загадка, как парень с речевыми проблемами стал диджеем.