– Вот я и сказал ему на свою голову, что мне терять нечего. А он злопамятным оказался, – тихо говорил блондин.
Моя голова покоилась у него на груди, крепкие руки уже привычно обнимали меня, и я вдыхала волнующий запах мужчины.
– В плане? – переспросила, желая узнать, что было дальше.
– Он подарил мне тебя. И привязал так, чтобы я не мог отказаться. Чтобы послушно выполнял любой его приказ, боясь за твою жизнь, – в голосе Тимура опять прозвучала горькая усмешка.
Я обернулась к нему лицом, хмурясь:
– Но ты же не…
Властный палец запечатал мои губы.
– Неудачный мы с тобой эксперимент. Все у нас не так, как планировалось. Людям никогда не стать богами, Ларис.
– Я Кристина! – скинула его руку с лица, гневно воззрившись на ухмыляющегося мужчину.
За что и получила щелчок по носу.
– Порычи еще у меня, – развеселился Тимур, крепче прижимая к себе, не давая сбежать.
В ответ протяжно вздохнула, сдаваясь. Устроилась опять удобнее, чтобы спина грелась о горячую грудь Тимура.
– А бандиты тут при чем? – спросила я, пытаясь не вспоминать о Сером, но не удержалась, передергивая плечами от омерзения.
– Меня объявили террористом, думали, продался я им. Пришлось отбеливать свое имя и тебя не упускать из виду, а то ты блохой скакала по стране из города в город.
– Не понимаю, – вздохнула, накрывая своими ладонями его большие руки.
– И не надо, крепче спать будешь, – Тимур отмахнулся от меня, как от назойливой мухи.
Вот так всегда, ничего сразу не объясняет, гнет свою линию и все тут. А до меня долго доходит, зачем и почему все это надо было.
– Ну расскажи, – жалостливо стала упрашивать.
– Ларис, проехали, – недовольно ответил, зная, как я реагирую на его рычание, и положил свой острый подбородок мне на голову, придавливая.
Противный! Вечно делает так, как ему удобно! Эгоист!
– И что теперь? – уточнила у него. – Что теперь с нами будет?
– Говорю же, я дом купил. Ответ получу, и поедем обживаться. Денег у нас много. Можем делать что хотим.
Я кивнула, беря его большую ладонь, пальцем вырисовывая на ней линии, и задумалась о будущем.
– А ты детей вообще не любишь?
– Люблю, просто надо закончить все дела, чтобы не дергаться лишний раз.
Он погладил меня по волосам, поцеловал в висок, я положила голову на его руку, растворяясь в нежности, которую дарили эти прикосновения.
– А меня смог бы полюбить? – рискнула спросить, прикрыв глаза, страшась ответа.
Молотов замер на несколько секунд. Его пальцы вздрогнули, сминая волосы в кулак.