А оттолкнуться от него, почему-то, не получается.
Хочется обратно к Саиду. Как мотыльку к свету. Пусть что-то скажет, утешит. Только не обрубает как обычно, а успокоит. Как только он умеет. Без нежностей, но необходимо.
Делаю шаг к клубу, хочу быстрее оказаться в тепле. Кожа покрывается мурашками, слишком холодно. И кто-то наглеет. Касается моей руки, хочется отмахнуться.
Но не успеваю, как на губы ложится мужская ладонь. Сильно сжимает, перчатка плотно перекрывает попытки кричать или укусить.
Всё происходит настолько неожиданно, что не успеваю среагировать. Не могу. Я возле клуба Хаджиева, здесь полно народа. Как кто-то может что-то сделать? Рискнуть…
Я едва успеваю пискнуть, попытаться выкрутиться – как меня заталкивают в машину. Цепляюсь пальцами за чью-то руку, глубоко вонзаю. До крови, мужских матов.
– Сука.
Меня грубо толкают на заднее сидение, захлопывая дверь. А там меня уже ждут. Никаких путей к побегу, щелчок замка. Крупная дрожь бьет по внутренностям, пугает.
Нет.
Нет, это не может быть…
Зажигается яркий свет, открывая лицо того, кто похитил меня. Так нагло, откровенно. У Саида из-под носа, бросая открытый вызов. Хаджиев подобного не простит никому. Даже…
– Эмин, - имя срывается с хрипом, часто моргаю. Наваждение, иллюзия. Но… Это он, тот парень. Уже скорее мужчина. – Ты мертв. Саид знает… Что ты здесь делаешь?! – слова вырываются смешанно, не могу сформулировать мысль. Сердце трепещет в груди, ломает ребра.
– Так и должно быть, красавица.
Он. Голос тот же, интонации. Обращение и дерзкий взгляд. Только теперь более строгий, одичалый. Ни капли веселья, сплошная тьма. Обещание, что просто не будет.
Вжимаюсь в дверцу, осознание обрушивается. Шаг за шагом, вся эта ложь… Бьет по груди, нервам. Дергает и сдавливает всё в груди. Обман, сплошной. Фикция.
Идеальная партия.
Которую разыграл Эмин.
– Это ты… Выпусти меня, Саид будет искать и…
– О, да, - мужчина подается вперед, заставляя дрожать одним взглядом.
– Ты не сможешь обмануть Хаджиева. Что ты… Что ты со мной сделаешь?
– Ника-Ника… Всё так просто, - хватает мои волосы, тянет на себя. Чувствую холодное лезвие возле шеи, надавливает. Венка пульсирует, упирается в острие. Сердце замирает, перед глазами всё темнеет. – Мертвых никто не ищет.