В какой-то момент мне показалось, что Катарина стала еще горячее. Я принял решение ехать в больницу. У нас был врач, который помогал латать бойцов, но он мне ничем сейчас не поможет. Лида позвонила знакомому детскому врачу, он сказал, что примет нас в клинике. И уже через десять минут мы уже мчали по шоссе.
По дороге мы несколько раз останавливались, потому что Катарину тошнило. И пока доехали до клиники, на моей голове прибавилось несколько седых волос. Я зашел с ребенком в кабинет. Врач, мужчина лет шестидесяти, принялся осматривать дочь.
– Что с ней? – в который раз спросил я.
– У нее просто поднялась температура от эмоций, такое бывает у детей.
Такое бывает.
Охренеть просто!
Я чуть с ума не сошел.
А Лера? Она же с ней была все время с самого рождения.
Врач поставил дочке свечку и сказал следить за тем, чтобы она пила достаточно жидкости, как и говорила Лида. У малышки взяли кровь на анализ, я не смог смотреть. Я убивал голыми руками, смотрел, как глаза врагов становятся стеклянными, как их покидает надежда, а на то, как берут кровь у ребенка, не смог смотреть.
Жаропонижающая свеча подействовала довольно быстро. Катарина уснула у меня на руках. Я не хотел нарушать ее покой, но понимал, что держать врача и персонал до утра не могу. Я взял дочь на руки и пошел с ней на выход, охрана за мной. Мы были на третьем этаже. А на первом нас ждали еще люди, точнее, они стояли на каждом из этажей для охраны.
Я вышел из лифта, когда увидел приближение Адиля.
– Ты что здесь делаешь? – спросил я.
– Люди Аслана будут здесь через несколько минут, – ответил напряженно Ад. – Уходим.
Я крепче перехватываю дочь одной рукой, а другой – достаю оружие."
"Мы спускаемся на подземную парковку. Внимание на максимум. Адиль идет рядом со мной плечо к плечу. Пот катится по лицу, в висках пульсация.
– Он совсем ох*ел. Нападать в детской больнице?! – шиплю я.
– У таких, как Аслан, нет совести.