Жена Лунева Екатерина Григорьевна, профессор, доктор медицинских наук, дочь Ольга двадцати восьми лет — старший инженер Дома звукозаписи, зять Платонов Николай Ильич, тридцать лет, первый помощник теплохода «Москва» Московского речного пароходства. Борис Дмитриевич живет от семьи отдельно. Построил однокомнатную кооперативную квартиру по адресу Малая Грузинская, 6, якобы для дочери, но занимает ее сам. Имеет дачу на Минском шоссе. Скромный домик. И еще: в день убийства Бурмина Лунев на работе с утра не был.
— Причина?
— Продавал машину.
— Проверяли?
— Да, действительно, с утра он был в комиссионном автомагазине.
Генерал открыл ящик стола, достал сигареты, закурил.
— Давайте подумаем, что у нас есть?
— Практически заявление Явич, что некто Големба, он же Лунев, предал оперативную группу. Но это слова Явич, а доказательства? Что мы принесем прокурору? Только то, что майор Наумов вспомнил, что за рулем находился Лунев? Маловато. Это не обвинение, а версия. Начинайте отрабатывать ее. Прочно, так, как вы умеете.
Генерал поднял трубку:
— Алексей Петрович, если у вас есть время, загляните ко мне.
Через несколько минут в кабинет вошел полковник Корнеев из соседнего управления. Он поздоровался с Казариновым и сел. Казаринов сразу отметил, что Корнеев не поздоровался с генералом, значит, уже был у него.
— Евгений Николаевич, сейчас Алексей Петрович нам кое-что объяснит.
— Нам стало известно об утечке строго секретных данных. За последние пять лет.
— Это угрожало обороне? — спросил Некрасов.
— Да.
— Вам о чем-нибудь говорит фамилия Лунев?
— Конечно. Ветеран войны. Выполнял задание НКВД в глубоком тылу врага. Интересный ученый. Только вот последнее время он как-то отошел от научной деятельности.
— В чем это выражается?
— Исчезли его статьи, не вышла книга, объявленная пять лет назад издательством «Наука». Более того, он прекратил работу над темой, когда рукопись была уже почти готова. Было это приблизительно в семьдесят девятом — восьмидесятом году.
— Евгений Николаевич, — Некрасов повернулся к Казаринову, — начни отсчет именно с этого времени. Этот период наверняка даст ответ на многие вопросы.
— Простите, Александр Дмитриевич, — удивился Корнеев, — вы подозреваете Лунева?
— Да, Алексей Петрович, да.
— Но у него безукоризненная биография, никаких подозрительных связей…
— И тем не менее… спасибо вам за помощь. Остальные вопросы решите с Казариновым. Вы свободны, товарищи.