Он быстро пошел к калитке, а у забора крикнул: «Помни, падла, тебе не жить!» Бурмин ответил: «Ты свое жулье в „Континентале“ пугай. Увидишь меня, на другую сторону переходи».
— Приметы есть? — Наумов даже встал от возбуждения.
— Рост около ста восьмидесяти восьми, хорошо сложенный, коротко стриженный блондин лет тридцати восьми — сорока.
— Номер машины Грушин запомнил?
— Номер старый, черный ММЗ 00–09.
— Так не бывает, — засмеялся Олег, — Грушин твой — гений. Ему не в «Березке» тряпки перекладывать, а в сыске работать.
— Пригласите его, — сказал следователь, — я хочу закрепить показания.
— Номер установлен? — спросил Наумов.
— Конечно. Ладоньщиков Вячеслав Иванович. Новодевичий проезд, дом 6, квартира 36.
— Это понятно, — усмехнулся Александр Петрович, — куртка, рубашка, брюки итальянские. Только откуда у этого Ладоньщикова «намбу» с глушителем?
— Откуда? — Сытин торжествующе посмотрел на эксперта. — А откуда Серега Золотой взял автомат «стен»?
Этим оружием в Западной Белоруссии были вооружены подразделения националистов.
— Мало у нас стволов по рукам ходит? Вы, Александр Петрович, неисправимый скептик.
— Я практик и реалист. А глушитель?
— Сейчас и не такое за полсотни сделают. Я бы на вашем месте не так увлекался. Как вы считаете, Олег Сергеевич?
Наумов молчал. Он не слышал, что говорят. Одна мысль неотступно билась в голове: неужели это все так просто?
— Сытин! Созвонись с отделением, — сказал Олег, — пусть пришлют людей к Ладоньщикову. Оружие?
— Со мной. — Сытин хлопнул себя по боку.
— Едем.
— Ну, — сказал он шоферу, — жми.
Яростно взревела сирена, и машина, рванув с места, понеслась по узким улочкам дачного поселка.
Теперь Олег не думал о скорости. Он восстанавливал в памяти дома Новодевичьего проезда, прикидывая, в каком из них живет Ладоньщиков. Если повернуть с Саввинской набережной, то они окажутся слева. Справа парк, пруды, монастырь. Слева маленькое кафе, булочная, магазин «Молоко». Один из домов ремонтируют. Часть улицы перегородили вагончики-бытовки.
— Олег Сергеевич, — спросил шофер, — никак нашли?
— Не знаю.
— Хорошо бы найти, — он чуть тронул руль, и машина перестроилась в свободный ряд, — такого никогда не было. Утром убили, к вечеру нашли.
— Всякое было.
Олег смотрел в окно, видел, как надвигается на него Москва. Дома неслись навстречу стремительно и неотвратимо. Начался проспект Маршала Гречко, потом на лобовое стекло легла тень Триумфальной арки.
На Саввинской набережной Олег сказал шоферу:
— Выключи сирену.