Он запер дверь, достал из книжного шкафа подушку и плед и постелил на диване.
Нужно было поспать хотя бы пару часов. Сегодняшний день обещал быть тяжелым.
Вечером Тарасову позвонил депутат Госдумы Урюпин из Питера и сказал, что рассчитаться с Жилиным не смог, так как капитана отправили в командировку.
Известие это нисколько не взволновало Тарасова. Жилин со своими топтунами пока еще не был нужен. Операция «Новожилов» близилась к завершению.
Теперь начиналась самая сложная ее часть. Необходимо было вывести генерала из-под удара ФСБ.
Для этого нужно узнать, чем располагали контрразведчики.
Весь день Тарасов встречался с разными людьми, которых периодически подкармливал. Никто практически ничего толком сообщить по делу не мог. Правда, ему удалось собрать информацию о полковнике Комарове.
Сведения были неутешительные. Полковник родился и вырос в интеллигентной московской семье. Отец — профессор МГИМО, мать — ведущая актриса Малого театра. Окончил МГУ, потом Минскую школу КГБ, в контрразведке начал с должности оперуполномоченного и дошел до заместителя начальника УФСБ Москвы.
Сын — курсант Академии ФСБ, жена — доцент МГУ. Дача казенная. Квартира трехкомнатная на Большой Никитской, получена по личному распоряжению покойного Андропова.
Награжден шестью боевыми орденами и множеством медалей. Машина — «жигули», «шестерка».
Перспективных для компромата связей нет.
Тарасов хорошо знал таких людей. Все эти Комаровы, Никольские и иже с ними предостаточно портили ему жизнь.
С большим удивлением Тарасов узнал, что Комарова хорошо знают в Кремле. Более того, есть весьма влиятельные люди, которые его высоко ценят. Значит, запугать Комарова непросто. Но есть замечательный выход. Срочно начать хлопотать о его повышении. Дать ему генерала и отправить, например, возглавлять пресс-службу ФСБ или перевести на соответственную должность в центральный аппарат.
Но для этого нужно время. А с Новожиловым необходимо было решать стремительно.
Вечером Тарасов встретился с Китаиным.
— Слушай, Леша, — сказал Китаин, — поедем в Дом кино. Поужинаем, потом в баре выпьем. Давай хоть один вечер по-людски проведем.
— Ностальгия? — обнял шефа за плечи Тарасов.
— Есть малость. Но главное не это. Люблю я этот дом. За атмосферу дружелюбную и за то, что нынче там никого из крутой тусовки не встретишь. Лица вокруг нормальные.