Мальцев привел Сергея в комнату, в которой стоял полированный шкаф и металлическая кровать с красивыми никелированными шишаками.
— Кроватка-то старинная, Женя? — Никольский сел на упругий матрас.
— На рынке по случаю купил. Нравится?
— Вполне."
"— Вот и располагайтесь. Ключ на шкафу, если что.
— Мне бы помыться.
— Удобства пока во дворе, вам Коля сольет, а я на стол соберу.
Сергей разделся по пояс и вышел во двор.
Мальцев вошел в комнату, снял с гвоздя куртку, обшарил карманы.
Права на имя Гончака Сергея Васильевича.
В бумажнике несколько справок на это же имя.
Документы на машину. Две фотографии. На одной Гончак в камуфляжной форме с автоматом, рядом с ним еще двое бойцов на фоне разрушенного дома.
На второй он во весь рост в мундире подполковника с каким-то орденом и крестом.
Мальцев положил все на место, чемодан осматривать не стал, времени не было. Документы, а главное, фотографии убедили его полностью. Все-таки сколько ни проверяй документы на проходной в здании КГБ, все равно настоящим опером не станешь.
Потом они сидели за столом, ели жареную картошку, свежие помидоры, зажаренную свинину, пили водку. Сергей перед застольем принял нейтрализующие, похожие на соду таблетки и теперь готов был глушить водку до утра.
— Женя, — сделав вид, что чуть прибалдел, сказал Сергей, — сколько ты мне продашь контейнеров?
— А сколько нужно?
— Я могу взять пять.
— Почем?
— Даю за каждый три с половиной тысячи баксов.
— А четыре? — вмешался Коля.
— Заткни хлебало! — рявкнул прапор. И Коля словно меньше ростом стал.
— По четыре не могу. Нет таких денег.
Мальцев задумался. Цена была хорошая. Не триста баксов, которые платил ему жлоб Злобин. Семнадцать с половиной тысяч. Эта сумма решала все его накопившиеся проблемы.
— А еще брать будете?
— Не сейчас.
— Пять контейнеров — дело непростое. Надо подождать.
— Слушай, Женя, — Сергей лихо опрокинул свою рюмку, — мне здесь проедаться не с руки. Меня с товаром дома ждут, а путь не близкий. Сам понимаешь.
— Дай мне один день, — твердо сказал Мальцев. — Я сейчас в город уеду, с тобой Коля останется. Он тебе во всем поможет.