Но для наёмника родная шкура всегда дороже.
Оглянулся и заметил, что Трэвис оказался возле камня и тронул один из артефактов. Арка портала начала искриться и мигать. Жрец взревел нечеловеческим голосом, и скрылся в портале за долю секунды до того, как тот окончательно погас.
Со всех сторон слышались стоны раненых. Оставшихся в живых наёмников заковывали в наручники и уводили. Ангелина поднялась на ноги и пошатнулась.
За пару шагов оказался рядом с ней. Обнял, прижал к себе и спрятал от всего мира. Она дрожала и плакала.
— Рэйнер! — донеслось откуда-то тихо, затем громче. — Рэйнер.
Обернулся и увидел Трэвиса. Начальник тайной полиции стоял в нескольких шагах, держа в руках наручники. Призвав всю силу воли, ослабил объятия и отстранился. Ангелина подняла заплаканное лицо. Такое невинное и честное, и протянула ко мне дрожащие руки. Ложь, всё ложь.
— Делай, что должен.
Лорд Шарпмайнд подошёл к девушке и сказал:
— Я Трэвис Шарпмайнд, начальник тайной полиции Его Императорского Величества. Леди Ангелина, вы будете задержаны по обвинению в государственной измене. Я должен надеть на вас магические наручники.
Удивление, недоверие и страх — вот что мелькнуло на её лице перед тем, как она вскрикнула:
— Я не замышляла измены! Я не знала о планах Жреца, я просто хотела вернуться в свой мир, и он обещал, что вернёт меня.
— Это уже не моя компетенция, — сухо ответил Трэвис.
— Рэйнер! Умоляю! Я не хотела, я не знала, что будет вот это всё! Прошу, поверь!
Заставил себя не двигаться и смотреть в сторону, затем развернулся и пошёл прочь, услышав спиной, как щёлкнули, закрываясь, магические наручники.
23. Пленница
Ангелина.
Дурной сон. Вот на что было похоже всё, что случилось потом.
Увидев моего сопровождающего, тюремщики вытянулись по струнке.
— Лорд Шарпмайнд! — сказал рыжий мужчина в возрасте с заметным брюшком.
— Здравствуй, Обрин. Нужна камера, — мой спутник сделал паузу и добавил тихо. — Поприличней.